Три плута

– Чтобы иначе направить всю мою жизнь, – с тоскою в голосе сказал Смирнин, – мне кажется, на первое время было бы достаточно тысяч десять, пятнадцать.

– Немного! Ну, а что бы вы затеяли, получив эту сумму?

– Прежде всего я заплатил мои должишки; их у меня наберется около тысячи рублей. Потом я отлично оделся бы. Жил бы я не в комнате, а нанял бы себе и отделал бы свою собственную хорошенькую, уютную квартирку. Дотом я завел бы знакомства получше, приглашал бы к себе иногда на винт и на закуску начальника нашего отделения вкладов; может быть, даже мне удалось бы войти в дом к кому-нибудь из наших директоров.

– Скромные же ваши желания! А я на все эти мечты скучающего помощника бухгалтера скажу вот что. При самых экономных условиях вы свои денежки прожили бы через два-три года и, как бы вас ни полюбили ваши начальники, вы в это время могли бы получить повышение должности рублей на двадцать пять в месяц и через три года были бы опять в таком же положении, как сейчас.

– А как же по-вашему?

– Вот по-моему-то и нужна смелость! – внушительно ответил на это Мустафетов. – Смелость требуется завоевателю, даже в помыслах, даже в мечтах, то есть прежде всего – в пожеланиях.

– Эх, Назар Назарович, да ни двухсот, ни десяти, ни пятнадцати тысяч я нигде не достану; украсть же у нас в банке, во-первых, нет физической возможности, а во-вторых, попадешься – и еще хуже после будет.

– Зачем красть? Что за отсталый, устарелый и некрасивый прием! Да и зачем же попадаться? Все это лишнее. В данную минуту я только настаиваю на том, что уж если решаться брать, то лучше столько, сколько нужно для полного своего обеспечения.

– И двести тысяч прожить можно! – с явным недоверием заметил Смирнин.

– Прожить можно и мильоны! – ответил на это Мустафетов. – Но двести тысяч я, по крайней мере, считаю за сумму, которая действительно поможет человеку подняться. Молодой человек, как вы, может много пыли в глаза пустить с такими деньгами.