Стихи о горах

Этот гребень и неба флаг –

смерть придет – не забыть!

Я хотел умирать бы так –

как на вершине быть!

ОТСТУПЛЕНИЕ

Казалось: рукой до вершины подать,

но день истекал до контрольного срока,

и было спускаться до боли жестоко,

как будто большую победу отдать

и наши усилья, как крючья списать.

Но мы никогда не нашли бы прощенья

за то, что в назначенный час возвращенья

рванулись бы нас, невредимых, спасать

товарищи наши, напрасно рискуя,

когда бы, ракетой тревогу рисуя,

они пробивались сквозь тьму и туман,

и все это было бы, словно обман…

Спускаться, забыть о вершине скорей,

пусть петли на скалах – сраженья приметы,

другим, кто удачливей, наши приветы,

спускаться на стропах из воли своей

и книзу пронзить облака на весу…

А сердце по-прежнему кверху молило,

и лезвие гребня вершиной манило,

и люди с победою ждали внизу.

ДОПИНГ

Палатка, словно маленький наш домик,

и примус есть, и можно сделать чай.

Но вот все кончилось, остался только допинг,

и капитан мне тихо: «Выручай!».

А надо было сверху снять веревку,

что в эту ночь осталась на стене.

Таблетку дал и нижнюю страховку,

скорее для блезира, сделал мне.

И я полез, но что-то еле-еле,

качались, помню, скалы предо мной…

А снизу на меня друзья глядели,

и это был сильнейший допинг мой.

ОДИН НА СТЕНЕ

Заклинилась в щели моя веревка,

не дергалась, и пульс ее пропал,

и не спасла бы верхняя страховка,

когда бы я, не видимый, упал.

И вот один с холодною стеною,

рассчитывать лишь только на себя.

И как судьба решит теперь со мною?

Неужто здесь, безликая судьба?

И я возненавидел и собрался,

наскреб внутри стальное кое-что

и за зацепки крохотные брался,

к щели поднялся, чтобы жить еще.

ГРОЗА В СНЕГУ

За две зацепочки – руками,

едва-едва. И как во сне:

перед лицом холодный камень

и снег, вселенский, вечный снег.

И первой молнии сиянье –

огромным розовым цветком,

вблизи меня, без расстоянья,

и гром, крушенье мира, гром.

И надо выбросить железо,

иначе молния в него,

но как же я тогда полезу?

Без крючьев – как без ничего.

Пришло решение подспудно:

впиваться в камень, не дыша.

Тогда-то я поверил в чудо:

у камня тоже есть душа.

«ХОЛОДНАЯ НОЧЕВКА»

Я все-таки заснул, на узкой полке стоя,

столь долгая «холодная» была.