Один голос

– Подожди пока, – сказал водителю брюнет и потянулся за лежащим на полке полиэтиленовым пакетом, после чего снова обратился к сидящим в автобусе людям: – Чтобы в комиссии вас могли опознать, я раздам вам прозрачные обложки для паспорта. Это тайный знак. После работы можете оставить их себе. Работать нужно быстро. Вас здесь сорок человек, а по плану нам нужно успеть проехать десять участков. Сколько успеем, за столько и получим, так что давайте пошустрее. Ну кто пойдет первым?

Люди в автобусе напряженно замерли.

– Хорошо, давайте тогда вы, – показал пальцем брюнет на сидящую прямо за Иваном Ивановичем немолодую женщину.

– Я?! – испуганно спросила она.

– Вы, вы, – подтвердил брюнет. – Комбидресс у вас хороший. Спрячьте листок под мышку и идите. Давай открывай! – скомандовал он, обращаясь к водителю.

– Почему комбидресс? Это же кофта! – смутилась женщина.

– Да хоть шуба! Идите уже, – поторопил ее брюнет. – Вот, держите обложку и листок. Да, чуть не забыл самое важное, – обратился он ко всем.

 – На участках вам нужно подходить только к конкретному члену комиссии. На этом… – брюнет заглянул в папку, – …на этом вам нужен тот, который обслуживает адрес Красноармейская, дом двенадцать. Если перепутаете и вас поймают, денег не получите. Понятно? Повторите!

– Если перепутаем, то денег не получим, – отозвался нестройный хор в автобусе.

– Да не это повторите! Адрес повторите! Красноармейская, двенадцать! – проверещал брюнет.

– Красноармейская, двенадцать, – послушно произнесли сидящие в автобусе люди.

– Ну слава богу, – выдохнул брюнет. – Идите уже, обойдите школу, участок на втором этаже.

Женщина спрятала под кофту сложенный инструктором листок, вышла из автобуса и, прихрамывая, пошла по дороге вдоль автобуса. Сидящие у окон люди молча смотрели ей вслед.

«Кофта-то какая, вся в зацепках», – подумал Иван Иванович и перевел взгляд на свои ноги.

Михалыч накануне предупредил, что одеться нужно поприличней. Иван Иванович достал из шкафа старый пиджак, но вот ни рубашки, ни брюк к нему в гардеробе не нашлось, и теперь вместо них на нем были синие треники с оттянутыми коленями и заправленной в них футболкой.

Вещи были хоть и ветхие, но чистые: Иван Иванович заранее их постирал. Судя по заполнившему автобус запаху из смеси перегара с нафталином, в шкафу вчера рылся не он один.

– Простите, пожалуйста, окна не открываются, душно очень, можно выйти воздухом подышать? – раздался чей-то голос из глубины автобуса.