В плену

Сторож голос признал мгновенно:

– А, Витёк! Чего это в такую рань?

– Трактор надо взять. Соломы тёще подвезти.

– Ну так и брал бы. Будить-то на хрена?

– Из уважения, – льстиво ответил Виктор. – А это тебе. Презент, так сказать.

И сунул в руку сторожа бутылку. Пальцы того молниеносно вцепились в ёмкость мёртвой хваткой, и в секунду та куда-то исчезла.

– Через сколько обернёшься? – бодро спросил дядя Коля.

– Думаю, за час-полтора управлюсь.

За четверть часа Виктор доехал до фермы. Миновав два здания свиноферм, телятник и, проезжая коровник, увидел в свете фар силуэт.

Остановив свой почти новенький МТЗ, он выскочил из кабины. И тут же услышал упрёк женщины:

– Витя, ты идиот?! Скоро светать начнёт. Смена на утреннюю дойку придёт. Давай быстрее!

Виктор помог открыть большие железные двери, запрыгнул опять в трактор и загнал его задом в склад.

– Подсоби, – скомандовала женщина, стоя возле открытого прицепа.

Виктор с удовольствием подсобил, подхватив её за ягодицы и с лёгкостью забросив в кузов.

Женщина обворожительно улыбнулась и приказала:

– Давай быстрее таскай! Шевелись!

Виктор иронично ухмыльнулся и принялся за работу.

Ему, при метре девяносто и весом в центнер, сорокакилограммовые мешки, что другому пятикилограммовые пакеты. За десять минут работа была закончена. Виктор принял на руки вспотевшую и запыхавшуюся заведующую, закрыл борт, прежним способом забросил её в кабину, влез сам и отъехал на десяток метров. Выскочил, закрыл ворота на ключ, посмотрел по сторонам и запрыгнул в работающий трактор.

Положив ключи в протянутую руку, он надавил на газ. Через минуту они покинули пределы фермы и поехали просёлочной дорогой в сторону леса.

Родители жены жили в соседней деревне, в трёх километрах. Можно было ехать в объезд: часть по асфальту, а часть по гравейке. А можно было напрямки: по дикой тропе через лес и поле. По работе, естественно, ездили дальней дорогой, а по личным нуждам предпочитали короткую.

В кабине Елена отдышалась и привела в порядок растрепавшиеся волосы.

Было видно, что женщина за собой ухаживает. В свои сорок она выглядела моложе. Была хорошо сложена и симпатична на лицо. Даже морщинки были только по уголкам губ и глаз. Что говорило либо о весёлом нраве, либо о саркастической недоверчивости. Впрочем, ни то, ни другое не мешало её семейному и простому человеческому счастью.

В кабине они сидели, тесно прижавшись друг к дружке. Елена положила голову Виктору на плечо, а руку на ногу.