~ Плоды осени ~

Откроешь новые возможности. Собирайся.

Здесь не могло быть двух мнений, Егор, словно крыса из Гамельна, повёлся на флейту. Вести его можно было куда угодно, внушив, что идут они в сторону Сада, к дому убеждённого и непреклонного писателя. Кадетский Корпус он не мог посетить. Рассчитывал на то, что рептилиям не составит труда расчистить завал в коридоре неподалёку Спасской церкви. Так он и поступил.

С Анфисой Ерофей несколько дней не встречался, но вечером, 31 октября, в её окно постучал Диодор. И за эти несколько секунд ей приснился страшный сон о гигантской ящерице из катакомб, пришедшей за её душой.

Стоило девушке лишь заметить ворона чернокнижника – тот полетел снова в сторону Замка.

– Диодор, что-то случилось? – отворив окно, спросила всугонь она.

– Дио-Дорррр! – каркнул тот. И скрылся.

Скинув второпях мягкую сорочку и надев на обнаженное тело платье из грубой ткани, Анфиса, взяв лампу и ключ, поспешила к Доходному дому.

Сердце колотило в груди. Хоть после случая под Кадетским Корпусом её страсть к загадкам и таинственному незнакомцу остыла, она по-прежнему испытывала к пришельцу чувство привязанности и не хотела, чтобы с Ерофеем что-то случилось.

Над Замком кружила тёмная туча. Казалось, слетелись вороны со всей Губернии. Дверь в комнату Скитальца оказалась открытой.

Вместо крепкого молодого мужчины, способного любого очаровать своей речью, на полу лежал дряхлый старик с потускневшим взглядом, который в конвульсиях не мог произнести и слова, только указывал дрожащим скрюченным пальцем на окно.

– Дио-Дорррр!

– Что здесь происходит? – в комнату, протирая очки, вошел Пётр Перцович. О, Господи! Что с ним?

– Дио-Дорррр! Дио-Доррр! – никак не успокаивалась птица.

В ночных рубашках и шапочках появились здесь и сёстры близняшки. Католички. Начали креститься. А затем одна из них предложила открыть окно. Стоило Анфисе их послушать, как мощным потоком, словно чёрной волной под давлением, хлынули в помещение вороны. Карканье поднялось такое, что закладывало уши.

Примечания:

[1] Владелец издательства «Аркхэм Хаус», где печатал произведения магистра мрачной прозы Говарда Лавкрафта, посвятил себя популяризации его творчества.