Служили два товарища. Сказания, размышления, наблюдения

За свою долгую жизнь, он принес нашему отделению совхоза бесчисленное количество наград.

Был в нашем отделении хороший табун лошадей. Обучать необъезженных жеребцов и кобылиц считалось верхом конного мастерства.

В каждом поколении были свои искусители этого рискованного и опасного занятия. Одни мастера, повзрослев, сменялись другими.

На смену уходящему поколению приходило молодое пополнение 12 – 13 летних мальцов, которые без видимого страха, смело садились на молодого, извивающегося всем корпусом, скакуна.

До того, как оседлать коня, прежде нужно было, ловким движением рук закинуть аркан ему на шею. И в этом деле мои друзья слыли непревзойденными мастерами, виртуозно владея технологией торможения, скачущего в бешенном ритме, необъезженного дичка.

Период объездки мог растянуться на месяц, иногда, на два. И все это время конь принадлежал тому, кто взялся его обучать. Не было для ребятишек большего счастья, чем быть хозяином, хоть и временным, быстроногого красавца.

А человек, единожды познавший норов горячего скакуна, вряд ли в последующем пересядет на старую клячу.

Он будет вновь и вновь повторять свои действия по кругу: обучил – передал конюху; выловил из табуна свежую лошадку, опять обучил – передал конюху.

Да-а-а, лошадей мы любили. «Любили» до такой степени, что не давали им отдыха даже в ночное время. Была в то пору всеобщая лихорадка, устраивать конные скачки в ночное время.

Как правило, на одного коня садились попарно. Хорошо, если напарник уверенно мог держаться на лошади. А если нет – беда, впереди сидящий всадник вмиг оказывался на шее у лошади. А скакать на спине лошади, или на ее шее – это две большие разницы.

Так, что к потенциальному напарнику предъявлялись повышенные требования. А лошади у нас были действительно хорошие, поднявшись на высокую гору, разделявшую два населенных пункта, мы пускали их вскачь до соседней деревни.

Отметившись в деревне, покружив по пустынным улицам мы, с чувством исполненного долга, пускали разгоряченных коней, во весь опор, домой.

Летели с диким гиканьем, не разбирая дороги, не видя перед собой, не слыша рядом с собой – всецело полагаясь на верного друга – коня.

Лошадей мы в детстве любили. Любили истово. Знали о них все, знали каждого коня «в лицо». К счастью, их в пору нашего детства было не счесть. Был большой табун рабочих, тягловых лошадей. Был косяк молодняка.