Мертвые земли. Дитя тьмы

Эта девушка для него была как сестра, которую он потерял когда-то, ему хотелось оберегать ее и защищать от всего. Ей еще тяжело было понимать некоторые поступки людей, иногда для этого требовалось время. Гора спросил:

– Что тебя тревожит?

Девушка не сразу ответила ему, будто не могла подобрать слов, но после ее губы зашевелились и она задумчиво произнесла:

– Вождь Адау не знал, что там будут живые и не знал, что существо говорит ему правду, потому что был ослеплён свои величием?

– Да, именно так.

– Тогда почему же ты не можешь взглянуть за своё величие?

Иаби не осуждала его, она говорила то, что думала, но Горе стало стыдно. Наверное она была права, Гора всячески пытался отмести от себя плохие мысли. Он верил что ущелье смерти пустое и высохшее место, где нет ни одной живой души.

– Ты думаешь, что там в ущелье могут быть живые существа?

Иаби решительно кивнула, бросая свой взгляд на огромные, серые скалы, что приближались к ним все ближе.

– Я была мертва, а сейчас иду на своих ногах, невозможное, может быть возможным.

Гора подумал про себя о ее словах. Такой же была и его маленькая сестричка Рафон. Иаби, все больше напоминала ему ее, от чего сердце Горы сжималось от боли той прошлой потери.

Рафон всегда видела больше, ведь в ее серце не было величия, она была ребенком, но иногда понимала больше взрослых.

Они дошли до каменного леса. Перед ними стояли огромные скалы, которые тянули к синему небу, свои неровные, серые верхушки.

– Как думаешь, каменные деревья растут из неба или из земли? – спросила вождя Иаби, восторженно задирая голову вверх.

– Конечно же, из земли.

Иаби на него недоверчиво посмотрела, не опуская головы.

– Откуда тебе знать? Ты был на самой вершине?

Иаби перевела взгляд на синее небо и палящий глаз Тарнона.

– Снизу кажется, что они растут из неба, а если взобраться по скалам, наверное можно увидеть лицо бога Тарнона и потрогать рукой его светящийся глаз.

Глава 1. Белтор

Его изувеченные мизинцы сильно ныли, он потрогал рукой отрезанные фаланги у себя на шее, и почесал оставшиеся обрубки. Казалось, когда он прикасался к ним, зуд и боль ненадолго исчезали. Он чувствовал их, но стоило только опустить взгляд на руки, как воспоминая о их потере возвращались.