Август

– Ты должен мне все рассказать. Мы не враги для тебя, и мы хотим тебе помочь. А для этого мы зададим тебе вопросы, и тебе надо на них ответить. Здесь у нас все очень строго, так что будь молодцом.

– Кто это – мы? – Мальчик задал свой первый вопрос.– Мы же тут одни.

Лопырев немного растерялся. Странный вопрос. Понятно же, кто такие мы, зачем об этом спрашивать.

– Мы – это сотрудники этого учреждения, люди, которые нашли тебя, я, мои коллеги и мой начальник, к которому я отведу тебя после беседы.

– Вы не можете говорить за всех. Только за себя. И все равно я вам не поверю. Те люди, что нашли меня в кустах дербенника, не были слишком уж добрыми ко мне.

– Они обижали тебя?

– Нет. Но если бы я бросился от них убегать, мне досталось бы по ушам. Они мне так прямо и сказали.

– Это все требуется ради дисциплины. Там опасно, и ты мог погибнуть. Так как ты добрался до … сюда?

Мальчик смотрел в одну точку куда-то в сторону. Казалось, перед ним сейчас всплывают все трудности, которые ему пришлось преодолеть по дороге сюда.

– Тебе кто-то помогал? – Лопырев продолжил свой допрос. Видно было, что воля у паренька несгибаемая.

– Нет, мне никто не помогал. Я сам добрался.

– Зачем?

Мальчик встретился глазами с глазами Лопырева. У него на лице отразилось удивление.

– Я думал, вы и так все знаете. Вы же все знаете. У меня здесь папка. Я хотел его увидеть.

– Мы знаем, конечно знаем, но…

– Зачем тогда спрашиваете? – мальчик перебил Лопырева, – спрашивайте о том, чего не знаете!

– Ты шел сюда пешком?

– И пешком, и не пешком.

– Кто тебя надоумил отправиться в такой сложный путь? Ты не мог сам. Тебе явно кто-то помогал.

Лопырев никак не мог поверить, что шестилетний ребенок мог пройти тридцать километров пешком, местами – вплавь, и при этом не заблудиться, не умереть, и добраться до нужного места.

Мальчик посмотрел на него теперь уже гневно.

– Вы думаете, что я – тупица? Это потому, что мой отец – преступник?

– Тихо, не кипятись. Я просто… Мне просто кажется, что одному было бы сложно справиться.

– А я и не говорил, что мне было легко.

Лопырев вздохнул.

– Хорошо, значит, ты был один. С кем ты живешь в Ширяевске?

– Один живу. То есть с теткой. Но ее никогда не бывает дома. А если бывает, я ухожу оттуда.