Мистическая сила полнолуний

Их семейная жизнь фонтанировала таким неописуемым блаженством, которого они никогда не испытывали прежде.

– Такое не может длиться вечно, – тревожился Влас.

– Ну, зачем матушка природа карает нас полнолуниями?! – с тоской думала Регина.

Тревога Власа и тоска Регины усиливались с приближением полнолуния.

Регина знала причину своей тоски.

Влас не понимал причины нарастающей в нём тревоги, но неясное предчувствие всё сильнее отравляло ему блаженство обладания любимой женщиной.

А луна тем временем неумолимо шла к завершению своего календарного цикла.

– Влас! Пообещай мне, что ты не бросишь меня, что бы со мной не случилось! – взмолилась Регина в ночь, предшествующую полнолунию.

– Я никогда не расстанусь с тобой, любимая!! – проваливаясь в кипение страсти, поклялся Влас.

«Как неистово мы наслаждаемся сейчас друг другом! Будто в последний раз» – мелькнуло в голове у Власа.

Полнолуние стало тяжёлым испытанием для обоих.

Регине казалось, что на этот раз от всплывающего над горизонтом багрового шара луны исходит на неё вместе с его сиянием невидимая энергия, выдавливающая её из этой жизни в иное измерение, в котором будет убивающее одиночество, леденящий холод и страшная, мучительная смерть.

Влас почувствовал от восходящей луны угрозу. Он пристально вглядывался в багровый лунный диск, пытаясь разгадать, почему это полнолуние вызывает в нём предчувствие неотвратимой беды. Время для него остановилось. Влас очнулся от своего безвременья, услышав протяжный вой, вселяющий мистический ужас.

«Волки!».

«Они очень далеко, я недосягаем для них в своём доме».

«Откуда во мне этот ужас?!».

Волчий вой мощными потоками вливался в душу подобно тому, как жидкий азот наполняет ёмкость, превращая застигнутое там несчастное животное в стекловидно хрупкое чучело.

Но интуиция не покинула Власа. Сквозь мертвящую пелену охватившего его ужаса он почувствовал бесшумное движение за спиной.

«Волк!»

«Он проник сюда…».

«Это моя смерть».

Влас, не чувствуя собственного тела, неуклюже, как зомби, развернулся в сторону бесшумного движения и увидел перед собою… Да!! Волка!!!

В неярком электрическом свете зверь казался материальным, хотя ему надлежало быть призрачным, как и всякому плоду больного воображения. Влас застыл от леденящего ужаса и недоумения: происходило то, чему не было разумного объяснения, чего просто не должно происходить.

«Какая глупая и противоестественная смерть…».