Главный врач

Я пыталась от всей души заверить его, что лечить собак ничем не хуже, а во многих отношениях даже лучше, чем людей, но он продолжал оправдываться, словно я над ним насмехаюсь.

– А ты – ни-ни? – уточнила Шура.

– Ни-ни! – утвердительно кивнула Нина.

– То есть тоже к телу допущен не был?

– Я через час устала от него до тошноты. Вспоминала тебя, какая у тебя работа тяжёлая – выслушивать таких вот депрессивных, убеждать, что у них всё хорошо, что единственная проблема – полюбить себя и свою жизнь такой, какая она есть.

– Да, мне непросто, – согласно кивнула Саша.

– Дальше давай, – с нетерпением напомнила о теме разговора Полина, – сейчас самое интересное начнётся, – добавила она.

– Ну-ка, ну-ка. – Лужина в предвкушении потёрла руки.

– И совсем даже не интересное, – не согласилась Нина, – следующий был коллега, врач-узист.

– Тут тебе и карты в руки! – воскликнула Шура.

– Вот, и я так же сказала, – подхватила Карасёва.

– Доктор этот продержался дольше других, – заметила Нина, – но до пункта «не будить по утрам» тоже не дошёл.

Все трое рассмеялись.

– Что, даже общность интересов не спасла? – удивилась Саша.

– Я на неё тоже очень уповала, – подхватила Карасёва.

– Ну, начал он с того, что женщинам в ультразвуке вообще делать нечего. У них отдел мозга, отвечающий за интерпретацию зрительных сигналов, неправильно сформирован. – Нина постучала себя по голове.

– О как! – воскликнула Лужина.

– Всё последующее общение, – продолжала Лето, – было доказательной базой этого постулата.

– Думаю – недолго, – не переставала смеяться подруга.

– На самом деле я даже попыталась найти в его заявлениях рациональное зерно, уговорила себя посмотреть на ситуацию критически.

– Не вышло?

– Всё решил клинический случай, – продолжала с воодушевлением Нина. – Сижу на работе, разбираю запутанную задачку с одним неизвестным. Звонит мой кандидат, спрашивает, чем я занимаюсь. Я как на духу рассказываю о проблеме, говорю: «На УЗИ ничего не видно, но я чувствую – там что-то есть».

– Наверное, трудно такие вещи по телефону объяснять? – предположила Саша.

– Да, конечно, поэтому решили маленький консилиум провести, пациентке всего тридцать пять лет – многое на карту поставлено. – Нина сделала паузу.

– Не тяни уже, выкладывай, – поторопила Карасёва.

– Отправила даму к нему, чтобы услышать второе мнение, все снимки, все результаты предыдущих исследований переслала.