Ацилат. Часть 1. Пожар

– Вы ничего не понимаете! Как можно променять настоящее авто на консервные банки, напичканные постоянно ломающейся электроникой? —вспомнил Женя ещё одно высказывание хозяина, которое окончательно подтолкнуло его к покупке, ведь ему всегда хотелось иметь что-то надёжное, что никогда не подведёт. «Всё так, но жара просто убивает», – подумал Женя.

Открывать окна в машине было нельзя, потому что большую часть пути по разные стороны дороги ещё тлел недавно потушенный лес. Местами Жене приходилось проезжать ещё горевшие участки.

Каждый раз он думал, что может не преодолеть этот участок, что впереди будет бушевать сильный огонь, и придётся повернуть назад или застрять там окружённым неутихающим пламенем.

Мысли путались, в голову лез разный бред, словно высокая температура плавила мозг: «С чего я вообще взял, что могу попасть в огненный капкан? Ещё час назад я проехал все опасные участки, о которых знал заранее. Сейчас воздух хоть и дымный, но по обочинам растёт живая трава, нетронутая огнём. Нет причин паниковать».

Женя остановился, чтобы немного проветрится и прочистить мысли. «Зачем я вообще еду, что я собираюсь там найти? – помотав головой, подумал он и прислонился к горячему капоту машины. – Ты прекрасно знаешь ответ, хватит крутить эти мысли по кругу, решение принято и назад пути нет. Сейчас ты либо найдёшь ответы на свои вопросы, либо нет, другого не дано. Ну вот опять, теперь я ещё и себе отвечаю. Интересно, что случится раньше: меня убьёт эта жара, или я сойду с ума?»

Он ехал в небольшой город, куда его распределили после обучения на следователя.

Несмотря на невыносимую жару, он предвкушал тот момент, когда начнёт борьбу с преступностью. Но это было не главной целью, главной целью было понять кто он, и ответ можно было найти только там.

Глава 2. Евгений. Игорь Палыч

Выдохнув перед дверью начальника управления, чтобы сбросить переполняемое его волнение перед первой встречей с начальством, Евгений постучал в дверь.

– Входи, – прозвучал грубый, немного ленивый голос.

Сжав папку с документами, Женя вошёл.

– Здравия желаю, товарищ майор, – отчеканил Женя, следуя армейской привычке.

Майор, крепко слаженный, лет шестидесяти, с виднеющимися седыми прядями в волосах медленно поднял голову от бумаг и посмотрел на Женю. Он стоял перед ним в идеально отглаженной форме, приложив руку к виску и отдавая честь. Майор рассмеялся.

– Садись, солдат, – продолжая смеяться, выговорил он, указывая на стул.