Удрать от Тёрнера

Её дипломная работа так и называлась: «От мусорного бака – в галерею».

– Бог мой! Это невероятно! – кричал её преподаватель на курсе, когда оценил истинные размеры сказочных богатств, спасённых Ором в последние минуты перед мусорным прессом муниципального самосвала.

– И это тоже оттуда? – преподаватель любовно поглаживал рамку картины, срочно требующей реставрации. На прошлой неделе Ор нашёл под проливным дождём. – Редкая работа!

И Кошка отдавала на реставрацию, рылась в интернете, восстанавливала авторство и историю музейных работ.

Позавтракав, нахохотавшись над рассказами о ночной жизни города, побросавшись подушками и побегав по комнатам (они всегда так дурачились), Ор и Кошка уселись чинно друг напротив друга, положив перед собой чистый лист бумаги.

– Пиши: «Построить галерею для частного собрания картин».

– Сколько дадим сроку судьбе? – засмеялась Кошка. – Три года, пять лет?

– Пиши: «Три», – согласился Ор.

Деньги в семье были, но не такие, чтобы затеять строительство галереи.

– Пиши: «Отстроить галерею в каком-нибудь экзотическом месте, например, на горе, смотрящей прямо на вулкан Этна, с застеклённой стеной и с сигнализацией для всех залов».

– Пусть это будет «дизайнерский» проект! – Они развлекались от всей души, смеясь и дурачась, записывали свои безумные планы на чистый лист бумаги.

В соседней комнате послышалось какое-то бормотание, и обоим почудилось свечение, как от невыключенного телевизора. Это привлекло их внимание. Оба взглянули друг на друга.

– Ты включала телевизор?

– Нет. А ты?

– Я тоже ещё не успел.

Осторожно, на цыпочках они приблизились к проёму двери, ведущей в спальню. «Вчерашняя» картина, их Тёрнер, висела на стене рядом с кроватью, как и было решено. На счастье.

По поверхности пейзажа шли светящиеся волны, как по гладкой поверхности озера… Им обоим показалось, что на одно мгновение появилось слово «Terner», а затем пропало, как умолк и шум, напоминающий довольное бормотание. Экран-картина погас.

Кошка и Ор, ничего не понимающие, потрясённые, стояли в дверях спальни и смотрели на тёмный пейзаж, который только что вёл себя как живое существо.