Когда замолкают цикады

Неловкое молчание прервала Ира, встав и направившись к двери.

–Ты куда? – мальчик испугался, что настолько сильно обидел ее, что она собралась уйти.

–Я в магазин, скоро вернусь. – ответила мама и негромко хлопнула тяжелой деревянной дверью.

С этого дня начались три недели кислых щей. Каждый день были щи, в которых плавали небольшие куски самого дешевого мяса и пара кусков хлеба. День за днем кислый суп и кусок хлеба. Тяжелее всего было отцу, который каждый день, несмотря на такой рацион, вставал и ехал работать, а затем приезжал и снова ел кислые щи.

Мальчику иногда удавалось перехватить бесплатный обед в столовой, если кто-то из его одноклассников прогуливал или не приходил, но, когда не удавалось, в дело шли кислые щи и кусок хлеба. Он понимал, даже в таком юном возрасте, что бывают ситуации куда хуже, но на второй неделе он просто не могу смотреть на этот злосчастный суп. Один раз ему даже досталось пару конфет, когда в школе было день рождение у кого-то из класса.

День шел за днем, и каждый день мальчик думал, что сегодня не сможет есть этот суп, но голод брал свое и мальчик раз за разом заносил ложку над тарелкой.

Все закончилось в один из дней. Неожиданно в школу, за нашим героем приехал отец на старенькой машине и радостный повез домой. Там их ждали фрукты, сладости и жареное мясо, по которому растущий организм мальчика так скучал.

После этого случая, мальчик стал более бережливо относится к деньгам и у него всегда была небольшая заначка, ведь каждый день, когда он просыпался он помнил про кислые щи и кусок хлеба.

…

Отбросив воспоминания и стараясь не дышать кисловатым запахом, мальчик помогал повару готовить обед, а затем на правах дежурного, первый, наравне с Семеном получил большую тарелку супа и вкусное второе блюдо.

Во время отдыха наш герой наконец смог немного отдохнуть и почитать книгу.

– Тренировка, тренировка! – один из малышей, его вроде звали Коля зазывал на тренировку по указанию тренера. Он подошел к этому делу так основательно, что когда оббежал весь лагерь, то запыхался так, словно закончил тяжелую разминку.