Чисто в лесу

На юношу, который ещё думает, что у него всё впереди, который может прожигать свою жизнь, разбрасываясь бьющей из него энергией направо и налево, но не подозревающего о существовании совершенно другого мира, другого взгляда на жизнь, с позиций которого эта юношеская суета выглядит нелепо, глупо, наивно, одним словом, неразумно. Так мне казалось ровно секунду, по истечении которой Дара опустила глаза.

– Договорились. – тихо сказал я, повернулся, и пошёл.

– До встречи. – успела сказать снова ставшая юной девушка Дара.

Вернувшись домой, я размышлял о сказанном. Вспомнил, о чём мы говорили на протяжении более чем двух часов. В целом, это был разговор обо всём подряд: что приходило в голову, то и обсуждали. Были и весёлые шутки, и более менее серьезные темы, особенно когда речь немного зашла о беге. Я рассказал о важности систематического подхода в тренировках, о важности внутренней концентрации во время выполнения упражнений и о том, почему значительная часть людей тренируется совершенно неправильно.

Тема спорта плавно перетекла в обсуждение различных психологических практик, применяемых для развития самоконтроля. Дара в конце концов сказала, что при достаточно высоком уровне владения своей психикой ощущение уверенности в себе, спокойствия, устойчивости, надёжности и всего прочего начинают бить через край, притягивая других людей, и в некоторой степени даже подчиняя их своей воле. На какое-то недолгое время люди хотят тебе верить и идти за тобой, чувствуя твоё полное доминирование над их беззащитной психикой.

С тобой им спокойнее и твоя сила в некоторой степени перетекает в них, давая им те же ощущения, только слабее. Если при этом специально не управлять привязавшимися к тебе людьми и не подогревать силу этого притяжения, то привязанность постепенно, но довольно быстро исчезает, где-то через одну-две недели. Это как лекарство, к которому быстро привыкаешь, и оно теряет силу, если подчинившийся тебе человек не разберётся, почему ему с тобой хорошо.

Эта небольшая часть разговора сильно отличалась от всего остального, что мы обсуждали. Я так даже и не успел спросить, чем занимается Дара, как будто бы чувствовал, что не следует переламывать сложившееся направление общения. Мои наивные вопросы о роде её деятельности смотрелись бы крайне глупо, а её, видимо, не интересовало, чем занимаюсь я.