Калейдоскоп Майи

Слышно было, как бабушки устраиваются на кушетке. Угощаться пока никто не захотел, но не от напряжения, просто сидеть было хорошо и спокойно. В кабинете дышалось легко. Какой-то очень приятный аромат витал вокруг. Мне показалось, все мои проблемы решены и зрение ко мне вернется сразу же, как только профессор меня осмотрит.

Прошло совсем немного времени, открылась дверь, и воздух наполнился запахом карамели и приятным мужским голосом.

– Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте, уважаемые Майя Ниловна, Любовь Леонтьевна и Надежда Пер… кхм, Перфирьевна, – слегка запнулся он.

Бабушка Надя тут же ответила:

– Давайте я! Я готовилась.

– Ну, раз вы еще и подготовленная, то, конечно, начнем с вас. Меня зовут Илья Ильич Муромцев, профессор кафедры детских глазных болезней ИПЗ и МС, то есть Института проблем зрения и мировосприятия слабовидящими[5 - Название института выдуманное. – Примечание автора.]. А вы?

– Надежда Пер-перфирьевна.

Когда замолчала, профессор произнес:

– Спасибо, Надежда Перфирьевна, очень грамотно все изложили, просто как квалифицированный медицинский работник.

– Ну что вы, – раздался смущенный голос бабушки.

– Майя Ниловна, Любовь Леонтьевна, добавите что-нибудь к этому прекрасному рассказу? – спросил профессор.

– Нам нужна ваша помощь, профессор, – уверенно добавила бабушка Люба, – очень нужна.

– Зовите меня Илья Ильич, пожалуйста, так проще. Ну что ж, чем смогу – помогу, как говорится. – Профессор шумно потер руки одна о другую. – Майя Ниловна, – начал он, направляясь в мою сторону, волшебный аромат карамели усиливался. Профессор подошел и снял с меня солнечные очки, которые бабушки надели перед выходом. Им казалось, что так я меньше привлекаю внимания.

– Зовите меня просто Майя, – перебила я его и тут же, смутившись, ведь это очень неприлично, перебивать профессора, исправилась: – Простите, мне так привычнее.

– Ну что, Майя, что же такое произошло, что глаза твои отказываются на это смотреть, что же такое? – повторил он задумчиво и медленно.

Профессор мягко поставил основание ладоней прямо над моими ушами, пальцами, как веером, обхватил мою голову и замер. Удивительное ощущение покоя наполнило меня.