Ажурная нить судьбы

А что такое любовь? Кто может уверенно ответить? Может это счастливый смех и запах догорающих свеч перед рассветом? Может это обнажённая рука на золотом эполете? Может это мужские слёзы о том, чего никогда не ожидало сердце? А может это крик и беспамятство женщины, когда за окнами в дыму факелов, при резких выкриках команды, наполеоновские жандармы соскакивают с сёдел и входят в дом, чтобы арестовать маршала по личному приказу императора.

Выбор (притча)

Осуждённый на вечное заточение, несчастный пустился бежать.

За ним по пятам мчалась погоня. И вот перед ним возникла река, неширокая, но глубокая. Он не умеет плавать. Через реку был переброшен ветхий мостик. Беглец уже занёс ногу на него. Но оказалось, тут же у берега его ждали двое, один его недруг, другой друг. Недруг спокойно стоял, скрестив на груди руки. Друг закричал во всё горло: «Опомнись, что ты делаешь? Мост сейчас же рухнет, и ты погибнешь». «Но ведь другой переправы нет, а погоню ты слышишь?» – вскричал тот в ответ и ступил на первую доску.

Друг возопил ещё громче: «Нет, не допущу, чтобы ты погиб», – и выбил из под его ног эту злополучную доску. Беглец упал в реку и утонул. Недруг засмеялся самодовольно и пошёл прочь. А друг сел на бережок и заплакал: «Не послушался ты меня, погиб, не послушался. А впрочем, – тут же подумал он, – ты бы всю жизнь провёл в этой жуткой тюрьме. По крайней мере, теперь не будешь страдать, томиться и мучиться». Добрая его душа даже не почувствовала угрызений совести. «Такая ему выпала доля», – ещё подумал он.

Золотой пастух (сказка)

Жил был молоденький пастух. Носил он всегда заплатанную куртку из грубого сукна, рваные башмаки, старую войлочную шляпу, а через плечо холщовую сумку. И был он невероятно красив. А ещё он умел играть на пастушьей дудочке и звонко петь песни. Он нанимался в пастухи то в одном, то в другом селении, и повсюду девушки буквально умирали от любви к нему, парни завидовали, а старики ласково улыбались. Вот пастух и загордился. Однажды присел он в лесу на камушке, заиграл на дудочке, да запел.

Услышала его песенку лесная фея, и захотелось ей посмотреть, кто так поёт. С маргаритки на клевер, с клевера на колокольчик, с колокольчика на гвоздичку – ведь феи порхают, как мотыльки, добежала она до полянки. «Ах, какой ты счастливый, – сказала она, – каждый, кто видит тебя, любуется». «Но для этого мне приходится ходить от деревни к деревне, а ведь я стою того чтобы люди сами сбегались смотреть на меня.