Кровавый след. Реальная история

Не боялись участкового в деревне, – уважали.

Да и было за что. Этот невысокий коренастый мужик в одиночку мог разнять нескольких здоровенных пьяных деревенских драчунов, которые, как говорится, попутали берега, и хватались за колы, а однажды, и за топоры.

Случалось такое, правда, очень редко, но народ запомнил действия Степаныча хорошо, и при появлении участкового едва не состоявшаяся драка как-то плавно переходила в дружеское примирение.

Поговаривали, что раньше он был каким-то «военспецом» и где-то воевал, не то в Эфиопии, не то в Анголе.

Ну да ладно, что это мы всё об участковом, не он главный герой истории, хотя и её непосредственный участник, и свидетель, выражаясь юридическим языком самого же Степаныча.

– С Наступающим, Сергей Степаныч! – услышал участковый, проходя возле большого красивого дома семьи Николаевых, Сергея и Татьяны.

– И вас тоже! – обернувшись на крик и остановившись, ответил участковый.

На крыльце дома, в черной телогрейке и в тапочках на босу ногу, стояла Татьяна с пустым тазиком в руке и приветливо улыбалась Степанычу.

– Твой-то приехал, нет, Татьяна?! – улыбаясь в ответ, негромко крикнул он хозяйке во двор. Та лишь развела рукам и покачала головой. Её муж Сергей ещё позавчера уехал в город по каким-то своим неотложным делам и должен был приехать сегодня.

Ведь завтра наступал Новый год, и встречать его в кругу семьи было делом обязательным.

– Приедет скоро, куда денется! – озорно глядя на Степаныча, прокричала она в ответ.

На крик Степаныча из-за угла большой углярки важно выглянул Мухтар, здоровенный хозяйский пёс и, увидев участкового, негромко гавкнул и, приветливо махая хвостом, подбежал к закрытой калитке.

Тут он остановился и, продолжая выказывать свою радость, с трудом просунул морду сквозь штакетник.

Степаныч, тут же сняв тёплую меховую рукавицу, через ограду принялся гладить этого умного красивого кобеля, которого он отдал совсем крохотным комочком своему другу и его теперешнему хозяину Сергею.

Мухтар будто помнил своего спасителя и всегда при первой возможности ластился к нему, хотя к остальным деревенским относился строго и с подозрением.

– Хошь, не хошь, а хлеб свой нужно отрабатывать, – хвалил своего пса хозяин, сидя со Степанычем у себя под яблоней и разговаривая за жизнь, под чарку беленькой.