Орладар

– Тебе чего, мелюзга? – в своем обычном тоне проскрипел Филипп.

– Я хотел вернуть книгу.

– Так верни ее, нечего тут стоять! – заявил тот и ушел восвояси.

– Не обращай на него внимания, – сказал я ему, заметив, как мой брат накричал на мальчика, – он со всеми так.

– И со мной все так! – пробубнил он, заходя в библиотеку.

Так же, как и сейчас, внутри обслуживала Шейн.

– Так, вернете через неделю, приятного чтения, – говорила она женщине, стоящей перед Кристианом.

– Здравствуйте, я бы хотел вернуть книгу.

– Так, фамилия?

– Родрож.

– Вот, нашла. Вы брали одну книгу неделю назад в отличном состоянии.

– Ну, состояние уже не отличное, – виновато сказал он, – я не хотел, так вышло.

– Все вы так говорите! Тебе придется заплатить за нее.

– Да, но у меня денег нету.

Тут примчалась Магдалия и взяла книгу.

– Ладно, на первый раз прощаем, – сказала она, и Шейн удивленно посмотрела на нее. – Ступай и книги больше не рви.

– О, спасибо большое, до встречи.

Кристиан повернулся, чтобы уйти, но услышал их шепот.

– Маг, что с тобой?

– Это Кристиан! Тот самый, который неудачник, жалко мне его.

Услышав эти слова, он не мог понять, радоваться этому или разозлиться. Только он почувствует доброту к себе, но нет, за спиной обсуждают. Не было нормального отношения к нему, нигде не могла найти покоя его одинокая душа, и только кладбище – пристанище мертвецов – дружелюбно встречало его, лаская тишиной, словно там и место ему, и этот дым – все густел на глазах и постепенно окутал, покрыл его с головой, и неизвестно, сколько он пролежал в нем.

Глава 6. Пора все исправить

Вдруг он услышал страшный, мерзкий голос и от испуга побежал было прочь с кладбища, но споткнулся и упал. Ничего было не видно – повсюду этот дым, он задыхался, и бешено колотилось сердце, словно вот-вот выскочит наружу, а все тело онемело, обмякло, не слушалось его, глаза слезились и словно вылезали из орбит, и привкус – дурной склизкий привкус во рту, от которого выворачивало наружу.

Мерзкий голос стал смеяться, громко, оглушительно громко, не переставая. У Кристиана все горело изнутри. Казалось, что он в аду. Еле-еле, из последних сил он выполз с кладбища, дым как будто отступил, отпустил его. Он побежал на четвереньках, а потом и на двух ногах, лишь бы подальше отсюда. Весь мокрый, липкий от жара, он не мог разобрать, что впереди, и вдруг заметил надвигающийся на него силуэт – им оказался задира Ганс.