Еда и патроны. Прежде, чем умереть

Так?

– Не, – ощерился староста, шмыгнув носом. – Вы такой штурм мне устроили, что вся площадь видала. У них хоть ставни и затворены, а глаза-то в каждую щель пялятся. Если Емельян копыта откинет, весь Кадом будет в курсе, что это я вас на него науськал. Так что убивать нельзя, как бы ни хотелось. А вот надавить на него можно.

– Так ведь ты уже давил, – припомнила Ольга, – да без толку.

– Одно дело – я, и совсем другое – вы. Емельян упрям и хитёр, но далеко не так религиозен, как хочет казаться.

– Не фанатик, – подытожил Станислав.

– Мягко говоря. И точно не святой.

– Говорят, истинная вера приходит через страдание, – воззрился Стас к потолку. – Сломаем ему ноги, для начала.

– Нет-нет, – потряс пальцем староста. – Так не годится. Я же говорю, любое насилие над ним сразу на меня укажет. Хотите из этого попа мученика сделать? Вы его ещё к кресту присобачьте! Чтобы меня потом на колокольне вздёрнули, – добавил он, погрустнев.

– И что же нам тогда делать прикажешь? – поинтересовался я.

 – Убивать нельзя, калечить – тоже. Может ему отсосать? – мой взгляд, ведомый первобытными инстинктами, сфокусировался на Оле, и кончики пальцев осторожно коснулись её бедра: – Детка, как на счёт теологического диспута с отцом Емельяном?

– Да пошёл ты, – наморщила она носик.

– Это вряд ли поможет, – усмехнулся в бороду староста, чем заставил Олю ещё больше нахмуриться. – Будь на его месте я, помогло бы, как пить дать! – вскинул он руки. – Но Емельян к женщинам холоден.

Никто его никогда в женской компании не видал, окромя как на исповеди. И худят слухи, – прищурился староста, понизив громкость, – что…

– Пожалуйста, – не сдержал я мышечных спазм, превративших, должно быть, моё обаятельное лицо в гримасу отвращения смешанного с чудовищными душевными муками, – не надо этого. Драматург из тебя хуёвый, так что просто рассказывай без претензий на гениальность, мы не осудим.

– Ладно, – прокашлялся староста. – Есть мнение, что Емельян поёбывает мальчишку-звонаря.

– А вот это было уже чересчур грубо. Как вы считаете? – обратился я к почтенной публике. – Мог бы ведь выразиться и поизящнее. И что значит «поёбывает»? Время от времени, или всё же на регулярной основе?

– Да почём мне знать? Я свечку не держал. Говорю же – есть мнение.

– И чьё мнение? – поинтересовался Стас.

– Моё, в том числе, – с вызовом глянул на него староста.

– Слушай… Как тебя по батюшке?

– Тарас Вениаминович.

– Зря спросил.