Еда и патроны. Прежде, чем умереть

– Мне, конечно, без разницы, но, кажется, твоего водилу в некотором роде собираются убивать.

– Что? – вскочил я на непослушные ноги и, петляя, вышел из кабака в сопровождении столь же боеспособного Станислава и дюжины завсегдатаев, желающих поглазеть на кровавую драму.

Павлов с растерянным видом стоял возле кабины и что-то терпеливо объяснял собравшимся вокруг него пятерым бугаям.

– Эй, какого хуя происходит? – вежливо окликнул я агрессивно настроенную группу охочих до расправы молодых негодяев. – Это мой водитель.

– А ты что ещё за хер с горы? – поинтересовался самый рослый и плечистый из них.

– Сынок, я прощу тебе эту грубость, но только на первый раз, – подошёл я ближе, расстегнув хлястик ножен. – Меня зовут Коллекционер, а этот милый человек…

Ватные ноги, потеряв управление, совершили замысловатое па, и в следующее мгновение я, сам того не ожидая, уже ощупывал дорожное покрытие под своим седалищем, под дружный гогот толпы.

– Так в чём проблема? – принял эстафету переговорщика Станислав, сам насилу держась в вертикальном положении.

– Этот козёл, – указал плечистый детина на Павлова, – только что послал меня нахуй! А я такого не прощаю!

– Ничего подобного! – чуток приободрился лейтенант, видя хоть и сомнительную, но поддержку. – Я им ни слова не говорил. Произвол какой-то!

– А это, – резко провёл детина пальцами от кадыка к подбородку, – что такое, по-твоему?! Крутого из себя корчишь, мразь?!

– Что? Это… Я ничего такого не имел в виду.

Огромный кулак детины взмыл в воздух и взял курс на голову лейтенанта, примерно того же размера, и встреча этих двух равновеликих объектов не сулила второму ничего хорошего. Но вдруг вектор летящего словно метеор кулака резко изменился, а его гордый обладатель осел наземь, держась за кадык и харкая кровью.

– Довольно! – пролетел над толпой певучий голос. – Представление окончено.

Как она появилась там, чёрт подери?! Моя девочка.

Поверженный детина протянул было свою клешню к обидчице, но тут же пожалел об этом, схлопотав коленом в нос, и повалился, брызгаясь красными соплями. Четвёрка подпевал быстро и непринуждённо растворилась в сгущающихся сумерках.

Глава 7

Женщины, эти странные существа, так похожие на человека, и в то же время бесконечно далёкие от него… Их мозг устроен совсем иначе, хотя в анатомическом плане неотличим от нашего.