И еще была любовь

(Для тех, кто не знает – купить готовое платье в магазине в те годы было невозможно – на прилавках лежали лишь трусы да майки.)

– Что ты у нас такая скромная? – удивлялся Лева, наблюдая с каким веселым недоумением я смотрю на эти танцы на столе. – Надо быть посмелее.

– То есть попросту понахальнее? – смеялась я.

– Конечно! – открывал он мне глаза на повадки комсомольского актива. – Хочешь – танцуй в ресторане на столе, хочешь – надери уши скандальной соседке – положение мужа позволяет тебе делать все!

…Вы спросите: – Танцы на столе? А как же официантка? Отвечаю: – Нашу, обкомовскую компанию, знали во всех ресторанах Центрального района – знали и трогать не смели, что бы мы не вытворяли.

Вспоминаю поездки за Волгу в сопровождении рыбнадзора, когда инспектор Михаил Букин ловил для нас волжских осетров. Огромная, с человеческий рост «мамка» полна черной икрой – целое ведро этой икры поставили посреди расстеленного на песке пледа, мы едим ее деревянными ложками и запиваем… Впрочем, какая вам разница, чем запиваем?

Кроме шумных международных фестивалей – с многолюдными красочными шествиями по площади Павших Борцов и великолепными салютами над Волгой, были еженедельные субботние вечеринки в узком кругу друзей.

Друзья подобрались разные, но все остроумные и деловые.

Разговор мужа с Валерием – тридцатилетним доцентом, сотрудником «закрытого» научного института, изучающего секреты инфекционных болезней человечества – в нашей компании комментировали, покатываясь со смеху все:

– Валерий Иванович, завтра принимаем делегацию из Гонолулу, – Игорь знал, что говорить открытым текстом нельзя, все разговоры в этом заведении прослушивались, – вы приглашаетесь с женой, но должны выступить с докладом.

– Сколько страниц? – деловито спрашивал Валерка.

– Думаю, страницы три будет достаточно.

– Уточните, пожалуйста, количество членов делегации – десять человек, говорите? – нет, доклад в три листа не зазвучит, маловато будет, напишу-ка я листов пять.

Любой непосвященный, присутствующий при этом разговоре, думал:

– Ух ты, Гонолулу! – но мы-то знали расшифровку текста – звучала она так: «Завтра пятница, у нас, как всегда, вечеринка. Приходи с женой и приноси три бутылки медицинского спирта, которым ты, гад, моешь руки в своем НИИ».