Постмортем

Поднимаясь на пятый этаж, я прислушивался. К счастью, здешние обитатели ничем себя не выдали: я не услышал громкой музыки, криков пьяных или гневных, даже собаки не лаяли. На третьем этаже жирный кот ел рыбьи кишки с коммунистической газеты на полу. На четвертом упоительно пахло тушеным мясом: кто-то готовил ужин.

Дверь тридцать седьмой квартиры мне открыла хозяйка, пожилая приземистая женщина с грубым неприветливым лицом. Впрочем, она тут же улыбнулась:

– А, Роман, да? Я уж заждалась вас, – у нее был заметный украинский говор.

Дом этот стоял на улице Андрианова, в относительно цивилизованной части Нефтов. Тихая улица тянулась вдоль ограды Советского парка, потому окна квартиры выходили на заснеженные вершины деревьев, за которыми грезила былой мощью река, скованная льдом и страшно обмелевшая из-за казахских и китайских предприятий выше по течению. Тамара Васильевна – так звали хозяйку – провела меня по квартире. Она многословно и, в то же время, косноязычно расхваливала достоинства жилища, молча выпучивая глаза, когда я косился на очевидные недостатки.

– Санузел хороший, сама в том году ремонт делала, бачок все смывает, не текет почти. Стиралка сама стирает, новую купили, когда зятя похоронили, там с похорон деньги остались. На кухне телевизир все показывает, двенадцать каналов. Холодильник есть, плита газовая, хорошая. Шкафы чистые, сегодня только пыль со всех полок вытерла. Матрасик купите, постелете, можно жить. Балкон стеклопакет, теплый, можно зарядку по утрам делать.

– У вас тут фотографии, – я попробовал прервать этот очаровательный монолог.

Действительно, в жилой комнате меж пары пыльных кресел висело несколько маленьких фото в дешевых рамках. Толстый старик в шортах, с удочкой и огромным карпом. Красивый парень в изуродованной аксельбантами дембельской форме. Две девушки, по виду старшеклассницы, на фоне фонтана в центре Омска.

– Ой, – замялась Тамара Васильевна. – Щас уберу, забыла совсем, замоталась.

Воздух вокруг моей головы потеплел и сгустился, меня прошиб пот. Плохой из меня журналист, наверное. Так сложилось, что каждое дикое совпадение впечатляет меня куда сильнее, чем следует. Я ткнул пальцем в фотографию с девушками, которую хозяйка все никак не могла отцепить от стены:

– Кто это?

Тамара Васильевна обернулась и недоуменно поглядела на меня:

– А вам-то что за дело? Дочь это моя, когда еще в школу ходила. С подружкой.