Городской роман с…

Спасибо за второй урок.

В третьих, необязательность в отношениях, простота, которая хуже воровства, искреннее непонимание недопустимости хамоватости и грубости, безуспешные попытки мной манипулировать, абсолютная уверенность в своей примитивной правоте, осуждение людей и масса других недостатков, одного из которых раньше хватило бы мне, чтобы не общаться с человеком, сейчас воспринимаются мною как непреложный факт и неотъемлемая особенность этого человека. Он есть такой, какой есть. И переделывать друг друга нам уже поздно.

Так безусловная любовь из декларации превращается в реальность. Спасибо за третий урок.

И четвертый урок – продолжение третьего. Я – тоже не подарок. Я не всегда могу провести грань между гордыней и гордостью и иногда перегибаю палку. У меня есть пара пунктиков – не позволять собой манипулировать и не позволять покушаться на мою свободу. И вот я обнаруживаю, что просто констатирую свои недостатки, совершенно не виня себя и не осуждая. Я тоже уже есть, и принимаю себя именно такой.

Неужели я научилась и себя любить безусловно? Спасибо за четвертый урок.

И пятый, самый главный урок: если тебя обижают, а ты обижаешься, то тебя будут обижать и дальше, пока не научишься прощать легко и навсегда. И я отрабатываю обиды всеми доступными мне средствами: я провожу медитации, очищающие душу от обид, я переписываю ситуации и меняю свое отношение к ним, я вспоминаю написанные мною в аналогичных ситуациях стихи, и вхожу в то состояние любви и всепрощения, которое постигла когда-то раньше:

Я жизнь любовью до краев наполню

К тем, кто забыл, и к тем, кого я помню,

К тем, кто ушел, и кто остался возле,

Кто был до нас, и к тем, кто будет после…

Я уже не раз попадала в похожие ситуации, но, видимо, не до конца с ними справилась, раз похожие отношения возникают снова и снова.

Я вспоминаю лютую уральскую зиму в самом ее вероломном конце – хмурое февральское небо, не дающее надежд на скорую весну, изредка солнечный денек с внезапной оттепелью, и снова – ветер, холод и безнадега. И казавшееся бесконечным ожидание, и встречи, и прощения, и прощания…

Когда зима тряслась, как в лихорадке,

То плача, то в бессилье сатанея,

Разлуки между встречами украдкой

Все дольше становились и больнее…

Любовь металась, словно дикий зверь,

Израненный, но все еще могучий.

И наша страсть в предчувствии потерь

Свинцовою подергивалась тучей.

Но вот пришла беспечная весна.