Голубой янтарь

Смысл напечатанного был так прост и очевиден, что я, бывший, когда-то давно, но все же программист, обалдела от его очевидности. Как я могла забыть об этом, как я могла не понять этого сама, даже если не знала! Чтобы программа могла быть выполнена, она не должна противоречить заданным ранее программам! Если такое противоречие имеет место, предыдущую программу нужно… просто отменить!

И тут я все вспомнила. Однажды ночью, когда меня совсем достал пьяный сосед, я повесила над домом дочернее поле света, попросив его сделать мой домик не интересным для посторонних! Формулировка была не точна, и я добавила: «И пусть никогда не приблизится к нему недобрый человек или человек с дурными намерениями».

Я думала, что уточнила формулировку, а я просто к одной программе добавила другую. Тогда все сработало, сосед меня больше не беспокоил. Перестала приезжать одна из подруг, но я не обратила на это внимания – просто мы уже не понимали друг друга. А что люди перестали любоваться моим домиком, я просто тогда не заметила. И если бы клиенты на дорогих машинах не стали проезжать мимо, не глядя на мой дом, я бы и вопросом не задалась.

Я вошла в медитацию Мер-Ка-Бы и, обращаясь к дочернему полю, попросила отменить все предыдущие программы и активировать одну: пусть, как раньше, мой домик нравится всем. Тут я немного помедлила – а не навязываю ли я другим свою волю, ограничивая их свободу? И добавила: тем, кто способен оценить его своеобразную гармонию и уникальность. Я даже не стала просить помочь мне продать дом, ведь эта задача давно поставлена перед моей личной Мер-Ка-Бой.

Перед сном я прошу показать мне картинку моего будущего жилища на берегу Балтийского моря. И вижу во сне странный шестиугольный дом, напоминающий скорее шатер цирка шапито. Не просыпаясь и продолжая рассматривать странное сооружение, я мысленно высказываю свое сомнение в возможности найти что-то подобное в реале и тут же получаю наводящий вопрос:

– Посмотри внимательно, чем отличается этот дом от всех привычных строений?

Ответ очевиден:

– Формой?

– А точнее?

– В нем шесть наружных углов.

– Правильно. Форма может быть любой, но углов должно быть шесть. Подключи воображение.

Я листаю мысленно фотографии продающихся объектов из Интернета, но ничего подходящего не нахожу. Пытаюсь вообразить различные шестиугольные конфигурации, и тут же проваливаюсь в еще более глубокий сон без сновидений.

Утром я помню сон во всех деталях, что обычно указывает на его важность.