Наш Армагеддон

Больше всего мне хотелось, чтобы этот знак никоим образом не проявился. Но он возник. Что-то с силой ударило в окно. Я дернулась.

Будто камень угодил. Но некому кидать камни. Деревня спит. А если бы кто и прошел мимо, то собаки подняли бы лай.

И я начала говорить в пустоту:

– Андрей, мне очень жаль, что жизнь была жестока к тебе. Но ни я, ни моя дочь, ни наш малыш в этом не виноваты. Ты обижен, и эта обида не дает тебе уйти туда, где ждет тебя любовь и покой. Я попробую помочь тебе.

– Он умрет.

– Нет. Господь этого не допустит. Я буду молиться за тебя, не мешай мне. Позволь помочь тебе.

Тишина. Я начала молиться.

– Господи, будь милостив! Прими душу этого юноши. Он много страдал и мало видел любви. Господи! Помоги ему попасть туда, где его ждет мир, покой и любовь. Помоги ему ощутить в своей душе Божественную любовь. Прими мою благодарность и любовь! Аминь.

Ничего не изменилось.

Да, не принимает Господь грешную душу. Должна она очиститься, чтобы уйти ввысь с низших слоев астрального плана.

– О, возлюбленный Сен-Жермен! Прошу тебя, пусть твои ангелы фиолетового пламени светом своей любви очистят душу Андрея от обиды, гнева, злобы и боли. Помогите бедной разделенной душе не мучиться больше, ангелы фиолетового пламени, и перейти туда, где больше этот человек не познает боли, но только любовь! Примите мою благодарность и любовь! Аминь.

Я прислушалась к себе. «Он умрет» еще стучало в мозгу, но явно слабее.

Помощи свыше ему явно недостаточно. Нужно его желание. Нельзя очистить насильно. Где-то я читала, что душа, разделенная со своим ангелом, может очиститься, пройдя через любого другого ангела, если тот захочет его пропустить через себя и примет на себя всю ее грязь. Даже если мой ангел и согласится, не нанесет ли это ему вред? Чистый свет – и чернуха. А, может, это все – фантастика? И нельзя пропустить в свет против воли?

– Ангел мой! Прости меня, если я прошу о чем-то невыполнимом или о том, что может нанести тебе вред! Если это позволяет тебе твой ангельский чин, помоги бедной запутавшейся душе вернуться к своим истокам и слиться со своим ангелом.

Я лежу, замерев. Тихо. Нет ответа.

Андрей тоже молчит. Может быть, и он, замерев, ждет ответа моего ангела. Но нет ответа. Не пошло.