Пепел

– Не такая уж она и манящая, это я про Италию, по крайней мере для меня. Куда именно едешь? И на какие средства?

– Само собой на свои бы не поехал, всё оплачивает её избранник. Церемония состоится на озере Гарда, в одном из городков на берегу. Через три дня обратно.

– Знаешь, я останавливался с мамой возле Гарда на несколько дней. Я был ещё совсем юнцом и не помню деталей. Сейчас, погоди! – Мишель залез на табурет и начал рыться в пыльной коробке на серванте.

– Нашёл!

Он протянул мне фотоснимок сепия моментальной фотографии.

На нём была изображена красивая девушка, по виду лет двадцати пяти, не больше. Она была одета в лёгкое летнее платье, элегантно скрывающее её стройность. Левой рукой она обнимала юнца в жилетке, шортах и туфлях для яхтенного спорта, на вид ему было лет семь. Они оба улыбались, а на заднем фоне красовалось озеро и заснеженные вершины гор.

– Крайне живописное место. – как-то безэмоционально сказал Мишель, всматриваясь в снимок. Мне показалось, что он вспоминает моменты детства, затаившиеся за гранью этой фотографии.

– Ну а надушился ты тоже по этому случаю? Причём настолько обильно, чтобы хватило на все дни! – очередная насмешка в мой адрес, знал бы Мишель, что так оно и было.

– Да, именно! – наигранно усмехнулся я. – Главное, чтобы Кристина не подумала, что это для неё!

– Вот поэтому я и не женюсь, Mon Ami, чтобы не разводиться! Твой кофе.

– Спасибо, друг. – Я взял обеими руками горячую кружку. – Вообще-то, мы ещё не разводимся.

– Это дело времени. Как и любой другой человеческий дефект.

– Михаил, пока мы просто разъехались, чтобы подумать, не более. Кстати, насчёт жениться! Где та милашка с третьего курса филфака, что помогала тебе с книгами летом? Отпустил на каникулы? – спросил я, подмигнув.

– Не третьего, а второго, большая разница. Да, отпустил, ибо некоторых пташек не удержишь в клетке, сотканной из тысяч страниц и переплётов.

Где-то внутри мы оба посмеялись, и после непродолжительного молчания он добавил:

– Однажды встретившись с человеком взглядами, ты впускаешь его в свою жизнь.

И обратного пути уже нет, мой друг.

– Порой мне кажется, Мишель, что мы с тобой знакомы всю жизнь, а не пять лет. Ты знаешь меня лучше, чем я сам.

Мы покинули келью букиниста. Я попрощался с Мишелем, и мы разошлись. Через несколько секунд я обернулся. Букинист, обогнув Мойку по Невскому, подошёл к магазину и достал связку ключей.