Возвращения к любви

Что за чертовщина!

Не докурив до фильтра эту сигарету, Григорий нервно затушил ее в пепельнице и сразу же полез за новой. Беда! Та, сейчас им затушенная, была последней в его пачке! Он вышел из машины. Где-то неподалеку должен был быть продуктовый магазин. Ах, да, вон она, нужная ему сейчас торговая точка, немного впереди.

Коли пришел в магазин, так чего же ограничиваться покупкой одних лишь сигарет, надо хлеба взять на вечер, стоит кефира купить. Чего-нибудь еще прикупить из мясопродуктов для ужина всухомятку.

Завтракал и ужинал он в своем номере гостиницы. Можно и выпить немного, почему не взять бутылку конька. Коньяк в умеренных дозах полезен для сердца, которое пока еще не бьется в привычном ритме.

В магазине, в торговом зале, пятясь вдоль полки, выбирая кефир из общей массы кисломолочных продуктов, он вдруг почувствовал, что толкнул нечаянно кого-то позади себя.

– Ой!

Он резко обернулся, батон выпал из его рук. Боже! Она! Нет, не может быть! Та девушка. Та девушка с улицы. Он ошибается.

Глаза сейчас хотели ее снова увидеть, вот и подводят его. Да нет, точно она…

– Извините! – сдавлено вырвалось у него.

– Да ладно! Ничего страшного! – ответила девушка с трогательной улыбкой, изумительным по своей нежности и красоте голосом. – Все в порядке. Не беспокойтесь.

Да что же с ним происходит сегодня! К кардиологу надо на следующей неделе на прием срочно записаться. То ли сочный тембр ее прекрасного голоса, то ли ее неповторимый облик с волшебными озерами глаз и аппетитно-пухлыми, влажными губками, то ли правда странная, неожиданно навалившаяся на него сердечная болезнь снова запустили его сердце биться в бешеном ритме.

Она еще раз улыбнулась и с обворожительной улыбкой обошла его. Григорий машинально повернулся, провожая ее взглядом, наступив при этом на свой бедный батон, лежавший на полу. Отойдя недалеко, девушка обернулась и еще раз улыбнулась. Дойдя до конца зала, опять повернула милую головку в его сторону и снова одарила его лучезарной улыбкой.

А он столбом стоял на своем раздавленном батоне, разинув рот, совершенно не понимая, что с ним, и что в данной ситуации он должен делать.

Она скрылась за рядом полок, а он, наконец, закрыл рот, поднял с пола свой раздавленный батон, взял первый попавшийся в руки кефир с полки и поковылял к кассе.

И тут… Ну что такое? В небольшой очереди перед ним стояла снова она. Григорий не видел ее лица, но шестым чувством чувствовал, что она так же лучезарно улыбается.