Джим Моррисон, Мэри и я. Безумно ее люблю. Love Her Madly

– Далековато ты забрался. И что ты забыл в солнечной Калифорнии?

– Одна приятельница пригласила пожить у нее. Они с ее парнем переехали в Лос-Анджелес, и им там очень нравится. Она написала, что и мне понравится.

– Ты хиппи, что ли? – спрашивает он. – Похож на захлебнувшуюся крысу. Что ты здесь делаешь? От границы далековато.

– Мне отказали во въезде. — Я решаю открыться конезаводчику-Бобу.

– Значит, ты проделал две с половиной тысячи миль, и тебя не впустили в Штаты? — Он смеется.

Я сглатываю слюну.

– Боб, а можно я спрячусь у тебя в кузове, когда ты поедешь через границу?

Он смотрит на меня, потом довольно ухмыляется.

– Что ж, канадон, сегодня твой счастливый день.

Как выясняется, Боб большой шутник.

– Да я все время тут проезжаю туда-сюда, – говорит он. – Всех парней на таможне знаю. Перевезу тебя, не проблема. Мы вот что сделаем…

Боб отъезжает к обочине, вылезает под моросящий дождь и отодвигает брезент на кузове. Сбрасывает несколько верхних брикетов сена и раздвигает нижние.

– Давай, канадон, будь как дома.

Я устраиваюсь между тюками сена, и он набрасывает поверх меня те, что были сверху. С усилием затягивает веревки брезентового верха. Я начинаю задыхаться в этой западне, меня обволакивает резкий запах сырого сена, дождь барабанит по туго натянутому брезенту. От нервного напряжения я не могу дышать.

– Не вздумай шевелиться, и чтоб ни звука! Иначе всему конец. – Боб хлопает по борту кузова. – Увидимся в Штатах.

Слышно, как шуршит гравий под его ковбойскими сапогами, потом захлопывается дверь кабины, взвывает мотор.

Раньше, чем я ожидал, грузовик начинает притормаживать, потом останавливается.

– Привет, Бобби! Погодка что надо. – Кто-то от души смеется.

Мое сердце бешено стучит под брезентом.

– Как дела, Джимми? Этот проклятый дождь, похоже, никогда не кончится. Хорошо, хоть сено не мокнет.

– Проезжай, Бобби. Скоро опять увидимся.

Звук включающегося зажигания, и грузовик дергается вперед.

Через пятнадцать минут мы тормозим. Дождь уже не такой сильный. Боб поднимает брезент.

– Добро пожаловать в Америку! – Смеется он.

Я все еще нервничаю, но улыбки сдержать уже не могу. Ну, держись, Калифорния!

– Пора отметить! – Боб паркуется у закусочной «Блэйн». – Пива возьмем?

– Я-то с радостью, только у меня на пиво нет денег.

– Зато у меня есть!

Классный парень этот Боб.