И верь в сей ладан

– Тебе же говорят, дебил – анонимы. Соберись, тряпка, – шутливо сказал Матвей.

– Анонимы – это слова противоположные по значению, – пояснил Рома.

– Так, я эту историю знаю, так что по-быстрому носик попудрю. – Ксения поднялась и вышла из комнаты.

– Это антонимы, – настоятельно сказал Данила. – Запомни, отсталый, ан-то-ни-мы.

– Э, ты че… рогатый, – фыркнул Рома и попытался толкнуть Данилу, но тот отклонился и огрызнулся:

– Убейся, дрочила!

– Успокойтесь, мальчики. Завистники писали. Ром, не перебивай, пожалуйста, – попросила Таня.

Рома показал пальцем, что закрыл рот на замок и косо посмотрел на Данилу.

– Начали бедного учителя таскать на допросы и в Комитет, и в полицию. В общем довели мужика до того, что он уволился.

Наступила минута молчания, которую прервал Жора, громко и весело икнув.

– Мда, – наконец, произнес Матвей. – Я всегда знал, что люди – твари.

– Бывает, – подтвердил Жора.

Вернулась Ксения и сразу потянула руки к коту, незаметно перебравшемуся с пуфика на ее место.

– Юпик, котик мой, иди к мамочке.

Она села на диван, аккуратно положив кота на колени. Юпик от души зевнул, потянулся и, не удержавшись, свалился на пол.

– Бум, – озвучил Матвей.

– Стой, стой, стой! – Ксения хотела схватить кота, но тот оказался проворней и успел-таки выбежать из комнаты по своим делам.

– Наверно, в детскую пошел, – предположила Таня. – Ему там нравится.

– Какой-то он стал вялый, – сказал Жора.

– Ну так десятку уже оттянул. По человеческим меркам это шестьдесят будет, – ответил Матвей под одобрение жены.

– Кстати, хороший тост. – Жора принялся наполнять стопки. – Дожить хотя бы до шестидесяти.

– Согласен, – поддержал Данила. – Значит, пьем за Юпи. И предлагаю, наконец, пойти покурить.

Матвей и Рома курить отказались, а остальные перешли на кухню. Таня распахнула окно, с улицы тут же повеяло свежестью и холодом.

– Не, давай чуть прикроем, – попросила Ксения. – А то мы все простудимся.

Данила глубоко затянулся и медленно выдохнул: опьянение уже достигло той степени, когда раскованность и смелость взяли вверх над осторожностью и сдержанностью, но мир двоиться еще не начал. Украдкой глядя на приятное личико и стройную фигуру Ксении в черном обтягивающем платье, Данила вдруг ощутил желание переспать с подружкой. Однако муж у нее был настолько серьезный и крутой, что для перехода к активным действиям надо было накидаться до беспамятства.