И верь в сей ладан

Таким был, например, Виталий Анатольевич, что, несомненно, вызывало к нему уважение, в отличие от Алексея, который старался быть везде своим парнем, но именно поэтому подозревался некоторыми в шпионаже. Данила давно понял, что попасть в идеальный коллектив можно только в небольшой фирме, и то, если повезет.

«И так почти везде, – думал Данила субботним вечером. – Во всей стране, да что там – повсюду. Люди, люди… с каждым годом все наглее и тупее. В двадцать первом веке все окончательно превратятся в нахальных идиотов.

Что за планета?»

Он стоял на лоджии и курил в приоткрытое окно, за которым моросила осень. Теперь уже не развалишься в кресле с голым торсом, как летом. Темнеть стало раньше, навигация закрылась, похолодало, и даже один раз ночью выпал первый снег, правда, к полудню весь растаял. Но коньяк согревал и успокаивал, а выходные расслабляли.

«Не может общество жить дружно. Не способно. – Данила глубоко затянулся и выдохнул в сторону кусочка звездного неба, показавшегося среди туч. – Все начинания заканчивались крахом.

Утопия невозможна, увы. Обязательно появится зараза, распространится и все загубит. Лишь одному можно прыгнуть выше головы. Другие будут мешать, цепляться, вероятно, даже не замечая этого. Недоразвитые».

Данила вздохнул, потушил недокуренную сигарету и вернулся в комнату. Он выпил коньяка, закусил долькой апельсина и снова задумался.

Единственным по-настоящему приятным человеком на работе была пожилая уборщица Светлана Андреевна. Она сразу понравилась тем, что, ловко орудуя швабрами и тряпками, очень аккуратно обращалась с проводами: после ее уборки техника работала всегда.

Светлана Андреевна и лицом была приятна, носила длинные темные волосы, собранные на затылке в пучок, а между бровями чернело родимое пятнышко. Должно быть, в молодости она была красивой.

Однажды Данила задержался на работе допоздна, настраивая непослушную локальную сеть. Дверь в отдел внезапно открылась, и на пороге, явно не ожидая увидеть кого-то в офисе, застыла Светлана Андреевна в рабочем халате, с совком и веником в руках.

– Что, Данила-мастер, не выходит каменный цветок? – спросила она.

Данила сдержался от смеха, вспомнив пошлую детскую шутку.

– Не выходит, – согласился он. – Застрял.

Светлана Андреевна улыбнулась.

– Плохо, что не выходит. Но еще хуже, что он каменный.

Данила на секунду замер, потом заинтересованно спросил:

– В смысле?

«Не дай бог, она сейчас скажет, что мне надо жениться», – подумал он.