Даю уроки волшебства

Бедняга Август! Он искренне хотел помочь своим собратьям по несчастью, поэтому и рассказал всё, как было… Когда толпа, хлынувшая к Стене, не обнаружила в ней не то что двери, а даже щели, Август попал в психиатрическую лечебницу, где упорно продолжал рассказывать в подробностях о том, что с ним произошло. Ему не верили даже соседи по палате, и Август покончил с собой, бросившись в лестничный пролёт. Я узнал об этом из газет и решил на будущее предупреждать своих пациентов об опасности, рассказав им историю несчастного Августа.

– Если бы это помогло! – раздался голос Марты.

Доктор Ян вскочил со стула, пытаясь остановить красавицу, но она решительно отстранила его и приблизилась ко мне.

Рассказ Марты

– Послушайте теперь меня, дорогая, – произнесла она. – Никакая самая тщательная работа над ошибками не страхует от новых ошибок. Я была третьей пациенткой у Яна, он, действительно, поведал мне историю Августа и взял с меня клятву, что буду держать в тайне всё, что должно со мной произойти.

С детства я была на редкость некрасива. Казалось, все уродства мира сосредоточились во мне: нескладная сутулая фигура, вытянутая, как у лошади, физиономия, жидкие бесцветные волосы… С годами я не то чтобы привыкла, но смирилась с тем, что видела в зеркале. Я работала медсестрой в больнице. Как-то раз у меня на руках умирала молодая красивая женщина. Её муж преданно ухаживал за нею, привозил ей самые лучшие и дорогие лекарства, но несчастной больной уже ничто не могло помочь. Когда она скончалась, он, бедняга, словно обезумел от горя, приходил в больницу, садился на её кровать и подолгу что-то шептал, будто разговаривал с покойницей.

Я, как могла, пыталась его отвлечь, я и сама полюбила эту женщину, прекрасную и очаровательную даже в самые свои последние дни. Память о ней сблизила нас, и через год с небольшим мы поженились. А еще через год у нас родились близнецы, мальчик и девочка, очень похожие на отца, чему я была несказанно рада…

Дети росли, муж обожал их, и ко мне он был внимателен и добр, но… любви не испытывал, я чувствовала это.

Однажды, закалывая перед зеркалом свои жиденькие волосы, я перехватила его взгляд: он смотрел на меня с жалостью, с состраданием и, как мне показалось, с оттенком неприязни.

В тот день у меня был выходной. Я принялась бесцельно бродить по городу, глотая слёзы и пытаясь подавить в себе отчаяние, пока не наткнулась на дверь в Стене.

Разумеется, единственным моим желанием было изменить внешность.