Смех Касагемаса. Роман

Знаете, есть такая шутка у экскурсоводов, и в ней, к сожалению, лишь доля шутки: если экскурсант знает, что Екатерина Великая – это восемнадцатое столетие, а Пушкин Александр Сергеевич – девятнадцатый век, то с таким человеком уже можно работать. Все, что вам кажется общеизвестным, нулем информации, для многих – откровение и большая интеллектуальная нагрузка. Вы, опираясь на собственные представления об истории, о ее достоверности, желаете подтверждать, аргументировать каждый свой тезис, а простой слушатель в этом абсолютно не нуждается.

Он поверит вам просто так, на слово. Вы лишь должны скормить ему полезное, хорошо приготовленное блюдо, главное – рассказ должен быть увлекательным. Не тезис и доказательство, как вам хотелось бы, а тезис и иллюстрация. Даже скорее сначала иллюстрация, а потом тезис. В двухчасовую экскурсию все равно историю трех веков не вместить, да и не нужно. Так что всего по чуть-чуть: начало восемнадцатого века – Петр, «величие замысла», потом дочь его Елизавета (подробности борьбы за трон, краткосрочные царствования опускаем), потом тридцать с лишним лет деятельной Екатерины Великой. Большие переделки времен Николая Павловича, очень Петергоф любившего, – архитектор Штакеншнейдер. Именно по чуть-чуть, чтобы запомнили малое (кое-что не грех и повторить), какую-то историческую байку, узнали что-то про царский быт, полюбовались делами рук человеческих, поразились изобретательности мастеров, дикарству фашистов, чужое достояние с удовольствием в войну разрушавших, – и достаточно. Люди живут самой обычной жизнью и знать не знают историю. К моему и вашему сожалению, это так… Но ведь и мы (я так точно), например, мало что знаем про сопротивление материалов или про пошив мужских рубашек. Нет теперь универсально образованных людей, увы. Просто в начале работы всегда, так сказать, прощупайте дно посохом… И имейте разные варианты рассказа. Проходя мимо Екатерининского корпуса, условно простой группе можно про Елизавету Петровну напомнить, что она никогда не была замужем (женщины сразу заинтересуются), что призвала к себе племянника, сына сестры, а тому уж жена больно ретивая попалась – в православии Екатерина… А если примерно то же самое, но с другого конца – про Гольштейн-Готторпских да Софию Августу Фредерику, то люди последят-последят, запутаются насмерть, да и бросят слушать. И не запомнят, не уследят, что Екатерина именно отсюда, из Петергофа, отправилась своего супруга, Петра Третьего, свергать.