С фаленопсисом в обнимку

Имя подлинное, пусть все знают имена отрицательных героев.

Муж как всегда замахал крыльями и поинтересовался, каким образом я себе это представляю – воровство чужой собаки в нашей деревне, особенно, если она размером с теленка? И вообще, вечно я лезу не в свои дела.

Да. Лезу. Бывает у меня. Характер такой.

Я периодически продолжала донимать мужа, но понимала, что если я сама совершу попытку похищения, охрана Арама в лучшем случае меня пристрелит, в худшем – отпустит собаку с цепи, и я погибну у нее в зубах.

Но есть бог на свете! Случайно кто-то обмолвился, что собака Араму не нужна. Он ее, сволочь такая, не кормит, а кормит его работник из своих денег хлебом. И хозяин рад будет от нее избавиться. Зачем ему лишние расходы? Он же всего-навсего банкир. Откуда деньги на питание собаки?

Обмирая от страха, я толкала мужа на подвиг – приносить собаке еду. Он носил. Я стояла на безопасном расстоянии. Потом уехала как-то по делу на недельку. Звонит муж. Меня как молнией ударило! Собака!

Арам милостиво разрешил забрать собаку.

Она ему не нужна. Мой любимый муж договорился с дрессировщиком собак, а также с нашим другом ветеринаром Сергеем Ивановичем Лебедько, чтобы они помогли собаку забрать. Дрессировщик пришел вооруженный до зубов. Собака рвала и метала. Дрессировщик подойти не отважился, отважился ветеринар. Сережа, я тебя люблю! Он подошел и кольнул ее в попу, набросив телогрейку на голову. На собакину.

Дальше перенос собаки выглядел, как в «Укротительнице тигров». Ее несли, замирая при каждом звуке и практически падая на землю, если она ворочалась.

С собаки состригли 15 кг шерсти, простите, с дерьмом. Помыли. Пролечили. Назвали Джиной.

Муж ходил к ней в вольер каждый день. Я слушала сводки с фронтов.

И наконец, собака подошла и ткнулась мужу в колени. Собачники в курсе, что это означает.

Я как ее боялась, так и продолжала бояться. Меня месяц уговаривали подойти к ней. Соглашалась я только, когда собака была на поводке на расстоянии десяти метров, а сзади была открыта дверь, чтобы я могла убежать.

Как-то раз, стою я около машины, и вдруг кто-то сзади привалилсяк моему боку. Обернувшись, я пожалела, что не ношу памперсы. Стояла наша ДЖИНА. Она меня не съела.

Она была старой собакой, которую никогда не любили. Я ее любила. Муж любил. Однажды он бросился грудью, защищая Джину от двух молодых овчарок, пытавшихся ее порвать. Собаки проиграли. У мужа был при себе травмат, по-другому я не гуляю. Я боюсь собак.