Звездный Патруль. Книга XII. Мягкий приговор

– Я ей ничего не сделал! Она сама захотела! … Там на записях все есть! Так что нечего меня пугать!

– Конечно сама… Попила волшебной водички и сама. Ты ж бокалы свои узнаешь? … Я понимаю, что ты использовал некий растворимый токсин или еще чего, чтоб без следов… Но это уже не важно. Тебе так и так хана.

Брод грустно посмотрел на Севано, состроив искренне сочувствующую рожу, вздохнул и встал на ноги. Того от услышанного прямо заколотило и затрясло.

– Идем, ребята… Этому уже кабзда – обратился Брод к остальным, указывая на выход.

– Стойте! Не имеете права! Я по закону Эдэмии ничего не нарушил! … Мы распивали напиток, и она захотела интима, потому что я богат! … Тут многие хотят забраться в постель к гражданину Эдэмии, чтоб свою жизнь устроить! … Откуда ж ей было знать, что я вдовец!

Брод понимающе покачал головой.

– Форкману это расскажешь, ублюдок! – рявкнул на него Артур.

Блюмен и Мастерсон тем временем помогли Антане с ее комбинезоном. Самостоятельно она одеть его не могла.

– Напиточек мы тоже заберем на экспертизу – улыбнулась Астерия.

– Это воровство! Не имеете права! – прокричал тот. – Развяжите меня хотя бы!

Компашка уже поднималась по лестнице, и только Брод немного задержался, чтоб найти и извлечь дата кристалл с записями.

– Мда… Тварь ты поганая! Разве не видишь, что она еще ни разу! Вон сколько крови на кровати! … Страшно подумать, что тебе за нее дед сделает!

– Постой! – крикнул он снова.

Брод нашел, что искал, и неспешно подался к выходу наверх за остальными.

– Постой говорю!

Брод остановился и повернулся к нему.

– Сколько? – прошипел Севано.

– У-у-у-у – протяжно выдал Брод и наигранно с сочувствием к незавидной судьбе извращенца покачал головой. – Ну, только если с секретом зелья.

– Хорошо… Я г-г-готов на любую сумму, что назовешь… Просто дайте мне время убраться отсюда! Вы меня никогда не увидите больше! – залепетал Севано, нервно и судорожно заикаясь.

На этот раз Брод словно вошел в его незавидное положение и согласился.

На акваботе царили всеобщая радость и веселие. Лишь только два человека не особо участвовали в якобы удачном завершении темы. Брод, хоть и старался, но все же слова этого извращенца про Патруль не выходили у него из головы. То, что он вытворял тут на Эдэмии, Брод посмотрел по записям. Антана была не первая жертва. Были у него и другие. Брода поражало то, с какой жестокостью и ненавистью он насиловал своих жертв при том, что те даже не сопротивлялись.