Чугунный мост

Не хочу, чтобы он знал, что я интересуюсь хоть чем-то, связанным с ним.

– А мне кажется, ему плевать. Да и тебе должно быть всё равно, что он думает. Или же… я чего-то не знаю?

– Нет, нет. Ничего такого нет. Просто понимаешь, большинство людей ведь как думают? Вот если ты кем-то интересуешься, значит ты что-то от него хочешь. А я ведь не хочу. Ну, то есть хочу помочь. А если человек не просит помощи, значит твоя помощь будет расценена как навязанная и может быть отвергнута. И в конце концов, не скажу же я, привет Марк, твоя мать приходила ко мне во сне, но я не уверена, что она твоя мать, и просила тебе помочь, но я не уверена, что тебе, и кстати, как зовут твою маму?

– И поэтому ты хочешь оставаться инкогнито.

– Да, чтобы не выглядеть дурой.

– А сейчас как ты выглядишь, ты думала об этом?

– Думала, и в этом вся трагедия, – она расхохоталась. – Тем более мне нужно остаться инкогнито.

– В любом случае, поиски женщины из сна – это, мягко говоря, несерьёзно. Но в случае с Марком остаться инкогнито будет очень легко, поверь.

– То есть, мы уже, получается, решили, что Лаура Бабаян его мать, и что её сын – это Марк?

– Получается, так. Если учесть, что сон – это намёк и методом исключения вышли на них, значит это они.

– И кого же мы исключили? Мы же, кажется, сразу приняли вариант, что это мать Марка.

– Ну, мы исключили Роксану Бабаян. Или ты допускаешь, что родственница советской певицы или она сама пришла к тебе просить помощи для своего сына.

– Ладно, хорошо. Теперь главное не нарушить последовательность действий. Нам нужно, в первую очередь, уточнить имя тёти Лауры, потом узнать, болеет ли она, и выяснить, насколько плачевно состояние Марка и в чём он конкретно нуждается. И ещё, она в руках что-то сжимала, книгу или блокнот какой-то, потом уронила. Что-то очень знакомое было в том, что она держала в руках… Что же это было?

Это был вопрос, не предполагающий ответа.

– Я тебя поняла. Я с Анной Арушиной поговорю. Помнишь прошлогоднюю конференцию химиков? Ты тогда улетела в Ереван, а Марк с коллегой в Москве были неделю. Он, кажется, тогда ночевал у Нюши. Не уверена, конечно, было ли у них что-то, но… ой, прости, я не хотела тебя задеть.