Последний бой

***

До этой встречи с Уолшем Майкл провел в лагере уже три месяца. Реально это были условия, напоминающие тюремные. Изнуряющие тренировки, спарринги, на которых он выплескивал накопившуюся злость. Кубинец Хорхе несколько раз уезжал на бои, а потом окончательно упаковал вещи.

– Меня отчисляют из лагеря, по их мнению я бесперспективный, – со злостью говорил он, бросая свои немудреные вещи в сумку. – Зря я с ними связался, только время потерял. Уолш обещал золотые горы, а на самом деле продинамил. И тебя ждет такая же участь, если вовремя отсюда не слиняешь.

Помяни мое слово.

Вслед за ним из лагеря исчезли бразилец и канадец. Они ничего не говорили, но Кузнецов догадывался, что произошло. Вместо них появились новички. Число обитателей двухэтажного дома все время оставалось постоянным – для спаррингов нужно было четное число.

Майкл за это время несколько изменил тактику боя. Если раньше он работал первым номером, то теперь пробовал себя и в роли второго. Тем более у него был очень неплохой прямой правый в голову.

Но чтобы исполнять роль второго номера требовалось определенное терпение, выносливость и умение держать удар. Этим Майкл и занимался в последнее время. После тренировок он оставался в зале и работал с грушей, а также дополнительно бегал кроссы среди бескрайных табачных и кукурузных плантаций. Вскоре он стал лучшим среди своих товарищей по тренировочному лагерю.

И когда Уолш сказал, чтобы он готовился к своему первому поединку, он едва не бросился обнимать промоутера.

***

Когда они с Гомесом приехали в клинику Берга, он приказал Майклу:

– Снимай свои тряпки и под душ. От тебя воняет, как от козла.

Майкл разделся и, пошатываясь, побрел в душ. Стоял там полчаса, пытаясь избавиться от запаха сивушных масел, которым пропиталось его тело за многодневную пьянку.

Когда он вышел, его одежда исчезла. Вместо этого Гомес бросил ему махровый халат.

– Одевай. Идем.

Они зашли в кабинет Берга. Врач встал из-за стола во весь свой двухметровый рост (в прошлом он играл в баскетбол) и, здороваясь, протянул свою огромную лапу гостям.

– Присаживайтесь. Я в курсе твоих проблем Майкл. Постараемся привести тебя в чувство.

Кузнецов оказался в идеально чистой палате, которая сверкала белизной, и рухнул на кровать. Через пару минут к нему зашла пожилая, ухоженная медсестра с капельницей.

– Руку освобождайте.

Она воткнула ему иглу, залепила пластырем и ушла, величаво покачивая крутыми бедрами.