Апокалипсис в шляпе, заместо кролика. Ковчег

И хоть не настолько ясно, чтобы кем-то быть понятой, но этого оказалось достаточно для… А для чего, то это каждым из присутствующих здесь людей было понято по своему.

– Или… – сбивчиво проговорила Зои, пытаясь выразить некую свою мысль, но видно она была столь сложная, что она на этом месте замешкалась, ища нужные буквы, слога или может словосочетания, чтобы оформить свою мысль в слово. И хорошо, что она имеет дело со столь понятливыми и её с полуслова понимающими людьми, хоть и не знакомыми для неё сначала.

– Илия. – Заканчивает за Зои мысль Илия, так ей представляясь и протягивая ей руку для рукопожатия. А Зои умеет оценить поступки людей и сделать из этого выводы, и она с удовольствием знакомится с Илией, пожимая ему руку и со своей стороны называя себя: Зои.

А вот у Ивана Павловича на этот счёт свои, далеко идущие и заглядывающие взгляды и расчёты. Где он чуть ли не с прищуром посмотрел на Илию, при этом демонстрируя на своём лице свою понимаемость этого поступка Илии, выведшего Зои из её затруднения.

– Ну раз вы теперь знакомы, и как вижу, не плохо поладили, то теперь мне понадобится ваша помощь. – И на этом всё, Иван Павлович замолкает и выдвигается в одну из коридорных сторон. На что Зои интригующе для Илии реагирует. – Ну что, пошли, – говорит она Илии, и сама выдвигается вслед за Иваном Павловичем. А Илии значит, без подробного объяснения того, что всё это значит, и что там ещё задумал его новый знакомый (вот почему-то Илия уверен в том, что тот его позвал не для того, чтобы воздать ему должное за оказанную помощь), надо не думать, а следовать за ними.

– А почему бы и нет. – Легко решает вставшую перед собой дилемму Илия, глядя на то, как вышагивает Зои вслед его новому знакомому. Куда он тут же поспешает идти, совсем забыв об Семирамиде Петровиче, за кем ему проследить доверил программист. Правда он забыл о нём достаточно оригинальным способом.

– А мой новый знакомый быстро здесь адаптировался. – Глядя на более чем уверенно вышагивающего Ивана Павловича, не может не удивиться Илия невероятной способности людей приспосабливаться к внешним обстоятельствам и среде своего нового обитания.