Апокалипсис в шляпе, заместо кролика. Ковчег

 – Со злостью ответил Харитон, уже сбитый со своего настроя Анютой.

– Ну тогда ладно. – Говорит Анюта.

– Ладно. – Сквозь зубы себе под нос проговаривает Харитон, лицемерно улыбаясь.

– Так задавайте свой вопрос. – Говорит Анюта, не дождавшись сразу вопроса от Харитона, к которому она даже принялась приглядываться, пытаясь для себя выяснить, с чем связана эта его задержка. А Харитону может не очень приятно видеть, когда ему в лицо и через глаза заглядывают в голову, пытаясь там отыскать хоть какой-то лучик мысли, как это сейчас принялась делать и его унижать Анюта.

– Тьфу, нет там ничего. – Так и говорил взгляд Анюты, когда она вся в него изоглядывалась и в итоге отстранилась. Что не только не повышает потенциал возможного ответа Харитона, а он в некотором роде озадачен такой глумливостью Анюты над собой. И если сейчас о чём-то Харитону спрашивать, то только о том, что себе, собственно, позволяет Анюта, так откровенно бесцеремонно и унижающе его человеческую природу, посмотревшую на него.

Но он её не спросил об этом, а всё потому, что этот неугомонный Гаврила, всё это происходящее с ним видит под другим углом и в фокусе стороннего взгляда. И он предпочитает всё это видеть, скорей так можно сказать, как демонстрация Анютой своего нетерпения и желания обнять своего ненаглядного Харитошу, в кого она до беспамятства, само собой как кошка влюблена и на кого она не может наглядеться. Вот Харитон и спрашивает Анюту о том, о чём они с Гаврилой изначально решили её спросить.

– Как вам спалось нынче, а в частности сегодня ночью? – несколько сбивчиво задаётся вопросом Харитон. И понятно, что Анюта несколько удивлена таким направлением заинтересованности Харитона.

– А что вас так это волнует? – вопросом на вопрос отвечает Анюта.

– Я быть может связываю вашу бессонницу с собой. – Многозначительно говорит Харитон.

– Ах вон оно что! – так громко догадывается о чём-то Анюта, что Харитону становится не совсем удобно обнаружить на себе изучающие взгляды людей вокруг.

А вот Анюта даже и не думает догадываться о том, что её догадки, высказанные вслух, могут поставить в неудобное положение того человека, насчёт кого будут высказаны эти догадливые предположения. А именно для Харитона, над кем, как он спиной уже чувствует, уже надсмехается Гаврила, ещё товарищем его называется, проходимец и пройдоха.

– Так вы, как я понимаю, испытываете большое беспокойство на мой счёт. И вам отчего-то важно то, как я сплю.