ПУТЬ К СВОБОДЕ

Мука на складах закончилась, хлеба нет. Газ у людей тоже весь подошел к концу, хорошо, у кого в домах печки есть – готовили на них. Те, у кого были какие-то запасы, – делились с соседями, но много было и таких семей, которые жили одним днем, и покупали продукты лишь по мере необходимости. В один из этих тяжелых дней дети пришли из школы и рассказали о происшествии:

– Сегодня наша Ира упала в обморок на уроке. Вызвали врача, стали разбираться, что с ней? Оказалось, что она уже три дня ничего не ела, потому что у них дома вообще ничего нет.

Все дети стали предлагать ей кто печеньку, кто баранку. Учителя напоили девочку сладким чаем.

Эта голодовка длилась около полутора месяцев. Транспорт выйти не может – заправить нечем, солярки нет! И хорошо, кто-то из старожилов вспомнил, что раньше на просеках в лесу оставляли бочки с соляркой! Но до этого топлива надо было идти на лыжах около двадцати километров. Вызвались добровольцы из числа осужденных. Конечно, в сопровождении сотрудников. Брали рюкзаки, котомки: ставили туда по десять-двенадцать пластиковых бутылок из-под лимонада, и шли в тридцатиградусный мороз в тайгу, чтобы принести солярки.

Со стороны города тоже вышел транспорт, чтобы пробить дорогу. Оказалось, что одному человеку все же удалось на лыжах выбраться из тайги, и он прямиком отправился на местное телевидение (видимо, уже не веря ни во что другое), где и сообщил, что в тайге голодают и замерзают люди.

Несколько дней спустя в поселок, наконец, завезли продукты. Хлеб был черствым, ведь машина шла почти трое суток, но люди все равно покупали не меньше десяти булок – про запас. Все, что привезли в магазин, было разобрано за несколько часов, люди изголодались.

А дети! Как радовались дети, когда, наконец, привезли хлеб! Они прыгали, хлопали в ладоши и кричали: «Хлеб привезли! Ура! Ура! Хлеб привезли».

С тех пор у Оли выработалась привычка всегда все покупать в запас. И сколько бы лет не прошло с той поры, она всегда будет брать продуктов много: а вдруг опять случится голод. Нет ничего страшней на свете, чем смотреть в голодные глаза детей. Они молчат, а ты по глазам видишь, как им хочется есть. И хотя семья Оли благополучно пережила этот период голодовки, у них в жизни еще будет такой момент, когда Оля снова увидит этот несчастный взгляд своих детей.