Ледяной ксилофон. Проза XXI века

Но сразу после окончания пастбищного сезона они уехали из посёлка сплавщиков и лесорубов, затерянного в небольшом распадке, окружённом крутыми лесистыми сопками.

«ДушИщЕпИтельное танго»

На день молодёжи в последнее воскресение июня в клубе лесоучастка вечером устроили всеобщий праздник для поселковых жителей. Была обещана обширная культурно-развлекательная программа: концерт художественной самодеятельности комсомольцев из райцентра, викторина и танцы. Это в такой особый случай – даже школьникам всех возрастов разрешили прийти в клуб.

В поселковой начальной школе были каникулы, а все старшие ребята тоже приехали из райцентра, где они жили в интернате и учились в средней школе.

В посёлке развлечений и для взрослых тоже было не густо: кино по вечерам— четыре раза в неделю (понедельник в клубе был выходной), и танцы – по субботам и воскресеньям. Правда, по приказу районного начальства для детей крутили кино по воскресеньям – на единственный дневной сеанс. Поэтому на праздничный вечер пришли все – и стар, и млад.

Поэтому сегодня мать сделала неслыханное исключение для Леры: вечером отпустила её в клуб. Это было тем более удивительно. Она никогда не отпускала её ни в кино, ни, тем более, на танцы. Мала ещё: две недели назад ей исполнилось только двенадцать лет. И в кино девочка не ходила тоже: мать денег на это баловство не давала. Да и вечерами надо было сидеть с двумя младшими братьями – двух и пяти лет. Девочка с давних лет любила читать – когда пошла в первый класс. Ещё она любила рисовать: цветных карандашей и альбомов, подаренных старшей сестрой и тех, что остались с учебного года, ей хватало.

Но её очень повезло. На лесоучастке при клубе была библиотека, которая, к счастью, тоже работала по клубному графику. Там-то Лера и пристрастилась брать книги по выходным и читать их на выгоне, когда днём пасла стадо. По вечерам было не до чтения. Пока стадо пригонишь… Пока поешь… И присмотр за братьями отнимал время. Ведь два Лера появлялась после пригона стада на пороге их комнаты в бараке, как мать тут же, веля сидеть дома и смотреть за детьми, сказав, что её надо уйти «на минуточку», – которая растягивалась до полночи – уходила.

Лера, как правило, никогда не могла дождаться её. И с трудом уложив непослушных и вечно хныкающих и задиристых братьев, она мгновенно проваливалась в глубокий и тёмный, как колодец, – без сновидений – сон. Сказывалась постоянная усталость от недосыпания и ежедневного раннего вставания, – чтобы гнать стадо в поле.