Ледяной ксилофон. Проза XXI века

Только отважные поселковые мальчишки бесстрашно ныряли в эти омуты, еле достигая дна: вода накрывала их «с головкой».

Любопытная пастушка, совсем забыв про своих бурёнок, продолжала внимательно исследовать плотины. Почти каждый день приходя сюда, Лера досконально изучила их устройство. Плотины было несложными, построены все одинаково, по одному типу – «как близнецы-братья». Принцип их действия состоял из накопления и спуска воды через шлюзы, которые запирались и открывались при помощи человеческих рук.

Однажды возле плотины она невзначай увидела, едва не столкнувшись с ним, Чи Ки Бона – старого корейца, плотинщика и хозяина лесной сторожки. От страха попятилась в заросли. На её счастье, похоже, он девчонку не заметил. Хотя не раз видел эту пигалицу-пастушку неподалёку на зелёных склонах пастбищ, управляющейся с огромным стадом коров. Притаившись за густым кустом бузины, почти не дыша, – чтобы не шелохнулся ни один листок на ветке, – Лера стала осторожно наблюдать за его действиями.

Украдкой подглядывая за Чи Ки Боном, она успела его внимательно рассмотреть. Хотя со стороны он оказался не таким уж страшным – совсем не похожим на того, каким его изображали местные мальчишки. Но Лера всё равно теперь и потом – по непонятной причине его боялась. Это был таинственный и молчаливый, согбенный, почти древний старичок, (таким, по крайней мере, он выглядел в глазах двенадцатилетней девочки), очень небольшого (всего на полголовы выше Леры) росточка, кривоногий и сутулый – в точности как Маленький Мук из сказки Гауфа.

Но больше всего, по ее мнению, он был удивительно похож на таёжника и следопыта Дерсу Узала – с иллюстрации из известной повести писателя Владимира Арсеньева. У Чи Ки Бона была такая же седая (даже с каким-то желтоватым отливом) – реденькая и коротенькая, какая-то козлиная, бородёнка, покрывавшая его сморщенное лицо, как кора старого дерева, – и такое же тёмное: почти коричневого цвета.

В это время он как раз работал над возведением очередного запорного устройства. Самого сброса воды она, к её большой досаде, опять не застала – увидела только мокрые боковые стены и брусья створок шлюза, вывернутые наружу – в сторону течения ручья, свободно болтавшиеся у пристенных вертикальных брусьев над настилом плотины, напоминавшие рыбины, вплотную нанизанную на кукан.

Чи Ки Бон возвращал на место раскрытые брусья створок.