Мой любимый Полтергейст

Оставшись одна (как будто до этого я не такая была?Разве можно говорить о компании, когда рядом – призрак, а не теплый живой человек?), я поежилась и стала судорожно оглядываться. В мозгу сразу всплыли все самые ужасные истории про маньяков, что ловили девушек вот в таких темных и безлюдных местах. Закусив нижнюю губу, я перехватила фонарь так, чтобы можно было, в случае чего, им обороняться. Где же этот несчастный призрак?

– Пошли, я, кажется, определился! – вдруг раздалось над ухом.

От неожиданности сработал защитный рефлекс – фонарь просвистел в воздухе, а потом рассек Алекса пополам. Он смотрел на меня, вопросительно приподняв бровь, а я пыталась усмирить бешено бьющееся сердце.

– Ты чего? – обратился он ко мне.

– В следующий раз не подкрадывайся так, ладно… – выдохнув, произнесла я.

– Я уже понял, что это травмоопасно… Ладно, идем. Не будем терять зря драгоценное время.

И, взявшись за фонарь, Алекс потянул меня за него на другую сторону проезжей дороги.

– В общем, если верить той фотографии, то церковь находилась прямо тут.

– Это, конечно, хорошо… Но тут асфальт. Соседняя улица со всеми ее прелестями. Где тут искать склеп?

– Включи фонарь, – раздалось в ответ.

– Что?

– Фонарь включи, говорю.

Я щелкнула выключателем, и белый круг выхватил из темноты ночи небольшой кусок асфальта с кругляшом канализационной крышки.

– Ну, включила, и что? Что-то изменилось?

– Марин, ты правда так… туго соображаешь, или настолько хорошо притворяешься? Ответ у тебя под носом!

– Будешь обзываться, я уйду! – обиделась я. – Если я правда не вижу, какой может быть ответ в освещенном куске дороги…

– Да при чем тут дорога? Ты на люк посмотри! Мне кажется, что стоит попробовать поискать там.

– В канализации?! – ужаснулась я. – Там же грязь, вонь, крысы…

– А никто не обещал, что будет легко! – издевательски улыбнулся он.

Страдальчески вздохнув, я опустила фонарь на землю, и стала стаскивать крышку люка. Господи, и кто придумал их делать настолько тяжелыми? Так ведь и надорваться недолго… Упираясь ногами в асфальт, а ладонями в крышку, я пыхтела, словно самовар. И мои усилия вознаградились – круглая железяка стала потихоньку отодвигаться.