Правила чуда, или Правила движений по иным дорогам

А ныне вот… обабились когда – то славные мужи, когда – то славного воинственного Рима… обабилсь… изнеженными стали… изнеженнее стали пустых накрашенных гулящих девок… а ныне одеваются, ведут себя, – и старцы, и юноши… да и мальчишки, – несообразно собственной мужской природой… обабились… обабились мужи… И превосходство утверждают позором собственной природы… И превосходство утверждают позором собственной мужской природы… и утверждают, – что бабы то же, что мужи, – одно и то же… одно и то же ныне, – и бабы и мужи… и бабы и мужи… Одно теперь… трясут при том широким бабьим подоло?м, и говорят, – что поднимают этим паруса… уходят, мол, в большое плаванье… куда ж их приведут такие «паруса»… куда их приведут такие «паруса»… и чем закончатся такое вот по бабьи пустое томное бессмысленное плаванье… и чем закончатся такое вот изнеженное плаванье… тем и закончится… куда ведёт их под подолом, под юбкой, парус… пустое несообразное мужской природе плаванье… тем и закончится… от юбки – парус… матросы ж – те же бабы… обабились обабились мужи… пустое бессмысленное плаванье… матросы – те же бабы… а юбки паруса… к какому берегу пристанут… какие земли покорят, откроют… матросы те же бабы… но бабы не мужи… Но бабы не мужи… Какие земли, какие берега откроют… какие берега… к каким портам причалят… а бабы ж не мужи… но бабы ж не мужи… Какие земли… какие берега… а бабы ж не мужи… какие берега откроют… да, никакие… коль бабы как мужи… мужья ж как бы… но бабы – не мужи…

ФРИДРИХ

– (мужчина и женщина, – оба в танце Дьявола единого танцуют, по дьявольски безумно враждуя, и танцуют при том, как дьявольские развратное единое, враждующее вечно, существо) Да… Да этот брак… этот нынешний брак… это такая большая фальшивка, и ложь… Достойным казался мне тот человек… Достойным казался мне он… Но вот… увидел его молодую жену… Их обоих увидел… этот брак оказался достойным палаты для двух сумасшедших… Казался мне домом для двух сумасшедших… Этот брак… Он искал себе друга… хозяйку по дому… мать детей его, и её, в лице дивного светлого ангела… А нашёл себе тёмного чёрствого дьявола, и теперь сам уже служит дьяволу его ангелом… Или ж дьяволом дьяволу… Кто их теперь разберёт.