Рассказы мыла и веревки

Мужчина вышел на кухню и тут же вернулся с желтым листком бумаги.

– Спасибо, – сказал Джонстон.

Через несколько кварталов машина остановилась возле обшарпанной пятиэтажки. Джонстон поднялся по лестнице и постучал в дверь. Подождал минуту, нашел замазанную краской кнопку звонка и несколько раз надавил ее.

– Кто там? – спросил визгливый женский голос.

– Я ищу Федора Андреева.

– Нет здесь таких! – резко ответила женщина за дверью. – Проваливай!

– Я дам вам денег…

Щелкнул замок, дверь распахнулась, едва не сбив Джонстона с ног.

Пожилая дама с вытянутым, словно у породистой лошади, лицом подбоченилась, алчно глядя поверх круглых очков. Унизанные золотыми перстнями пальцы теребили оборку вышитого халата.

– Ты точно деньги дашь? – спросила она.

Джонстон вытащил из бумажника купюру и помахал перед носом женщины.

– Если скажете правду.

– Мне нечего скрывать. Сдох Федор, освободил место для хороших людей. Сиганул с крыши. Только зачем он вам? Никчемный был человек. Я ожерелье купить хотела, золотое, а он два месяца за квартиру не платил.

Я его и выставила, другого квартиранта нашла. Он человек обязательный, не какой-нибудь нищий. Мы до сих пор вместе.

– Никаких вещей не осталось?

– Как Федор… ну… того, мы все его шмотки собрали, да на мусорку. Да там было-то: кассеты, магнитофон старый, книжки, да тетрадки с какой-то писаниной.

– Посмотрите, пожалуйста, его записи. Может, что сохранилось?

– Я разве неясно выразилась? Мы вынесли все.

Джонстон свернул купюру трубочкой, сунул ее женщине в карман халата и продекламировал:

– Могла бы стать ты богачом, а осталась ни при чем!

Спустился по лестнице, сел в робокар и приказал:

– На кладбище!

Через двадцать минут машина остановилась рядом с воротами, украшенными золотыми крестами.

В клумбе ковырялся пожилой горбун с опухшим лицом и кривыми, видимо, когда-то переломанными ногами. Джонстон, ни на что особенно не надеясь, спросил:

– Не знаете, где захоронение Федора Андреева?

Тот ухмыльнулся:

– Выпивка есть?

Джонстон достал с заднего сиденья бутылку.

Привратник поманил его пальцем, приглашая в сторожку:

– Промочить горло перед беседой – всегда хорошее дело, – сказал он. Пропустил стопку, понюхал перепачканный землей рукав робы и густо крякнул. Джонстон терпеливо ждал.

– Так зачем вам Федор? – дохнув перегаром, спросил привратник.

– Вы знали его? – Джонстон ответил вопросом на вопрос.

– Такое не забудешь.