Шут Живого Огня. Пьеса с прологом и эпилогом в 3-х действиях и 9-ти картинах

От Автора

– (на Землю сходит Ангельскую сущность, какая здесь, на вверенной этой сущности Земле, страдает мучается, плачет, сходит с ума от собственного бессилия, и собственной безысходности в этом бренном заблудшем, как кажется этой Ангельской сущнсти, мире) Далее мой попутчик стал рассказывать, что будто Бог послал на Землю Ангельскую сущность, какая здесь на вверенной этой сущности Земле страдает мучается и плачет, сходит с ума от собственного бессилия, и собственной безысходности… Да… то что я услышал в преамбуле рассказа моего Попутчика – Рассказчика поначалу никак не вдохновляло меня на дальнейшее слушанье его повествования… но, мало по малу, по мере того как он, это мой Рассказчик, развивал своё дальнейшее повествование, я всё более и более проникался, и втягивался, в это его, как мне по началу казалось, полушуточное не серьёзное изложение событий, которые как – будто бы, на первый взгляд, ну никак не могли иметь место в реальности… Ну, никак не могли быть в реальности… так мне в начале казалось… казалось, что эти события ну никак не могли влезть ни в какие рамки одной отдельной, пусть и уникальной, биографии… с одной стороны, это был рассказ про жизнь, смерть, и искусство, как будто бы некоего такого прототипа, некой вполне исторически реальной фигуры одного великого русского танцовщика… однако, затем, когда я понял, что прототипом данного выдающегося персонажа, о котором вёл речь мой Попутчик, мог быть никто другой, но – только всемирно известный «бог Танца» Вацлав Нижинский… я также понял при том, что мой Попутчик имел ввиду известную биографию «бога Танца» Вацлава Нижинского лишь очень косвенно, лишь очень приблизительно, лишь очень условно… а имел он ввиду скорее совсем другую «биографию», – некую может быть его собственную иллюзию, некий его собственный фантом, созданного его собственным воображением персонажа, а именно – Жертвы Бога, как посланного Богом на Землю «Шута Бога Живого Огня», посланную на Землю Богом некую такую Ангельскую сущность, какая здесь на этой вверенной этой сущности Земле страдала мучилась, и плакала, и сходила с ума, от собственного бессилия, и собственной безысходности… от собственной невозможности помочь людям – стать собственными актёрами на сцене собственной страдательной судьбы… он так думал, он так творил, и так говорил… к тому же и своего героя он называл не иначе как «Нежинский»… не иначе как «Нежинский»… а полностью он его называл не иначе как «Нежинский – Шут Живого Огня», полагая что это тот самый ак