Что у нас впереди?

Село  Перкино  участия в восстании  не принимало, однако  там в это же время  переизбрали совeт. Отряд из Тамбова весь новый состав совeта  расстрeлял. Из Островской волости в Моршанскую тюрьму доставлено 15 крестьян совершенно изувeченных усмирителями. В этой же тюрьме содержится женщина, у которой выдраны волосы на голове. Случаи насилия над женщинами надо считать  десятками. На кладбищe города Моршанска израненные армейцами 8 крестьян (Марков, Сучков, Костяев, Кузьмин и др.) были  полуживыми зарыты в могилу.

  Особенно отличились по Моршанскому уeзду слeдующие усмирители: начальник отряда Чуфирин, «коммунист», Чумикин (бывший уголовник), Парфенов (освобождённый из  ссылки по ходатайству на Высочайшее имя), Соколов, бывший фельдфебель и ряд других. В Тамбовском уeздe многие сёла почти уничтожены пожаром и орудийными снарядами. Масса расстрeлянных. Особенно  пострадали  сёла Пахотный Угол, Знаменка,  Кариан, Бондари, Лаврово, Покровское-Марфино и др. В Бондарях расстрeлян весь причт за то, что  по требованию крестьян отслужил молебен послe свержения мeстного совeта. В Карианe  вмeстe с  другими арестованными по делу восстания был расстрелян член 1-й Государственной Думы О.К.Бочаров. С какой вдумчивостью и  серьёзностью отнеслась губернская власть к усмирению  можно видeть  из  того, что  во главe  одного отряда  стоял  16-лeтний мальчишка Лебский, a Предсeдателем Районной Чрезвычайной Комиссии Тамбовскаго уeзда состоял и до сих пор  состоит  А.С.Клинков, бывший крупный купец  с. Токарёвки, злостный банкрот, до Октябрьской революции занимавшийся спекуляцией, круглый невeжда, взяточник и  пьяница. В его руках находилась жизнь арестованных и он расстрeливал направо и налeво. Кромe «специальных» карательных отрядов практиковалась также посылка на боевое крещение коммунистических ячеек, и эти хулиганские банды устраивали по сёлам настоящие оргии: пьянствовали, занимались грабежом и поджогами, претворяя таким образом великий принцип «Братства, Равенства и Свободы» в ужас татарского нашествия. Необходимо также отмeтить  кровавую работу латышских отрядов, оставивших послe себя долгую кошмарную память. В настоящее время тюрьмы и подвалы чрезвычаек переполнены. Число арестованных по губернии нужно считать тысячами. Вслeдствие голода  и  холода  среди них развиваются всякие болезни. Участь большей половины арестоваанных ясна – они будут расстреляны, если у власти останутся те же комиссары и чрезвычайные комиссии».