«Я жил тогда в Одессе пыльной…»

Не принуждая офицеров,

Чтоб оплатили этот долг,

Он заплатил своим карманом…

И лишь женитьба на Браницкой

Его поправила дела.

«Одессе вышло стать ступенью…»

Одессе вышло стать ступенью

В его блистательной карьере,

Где опыт, знанья применил,

Что приобрёл, живя в Европе,

А в политических воззреньях

Он был, по сути, либерал.

Как крепостничества противник,

Он шёл за равенство партнёров

В экономических делах,

Кто был в коммерции Одессы,

И помогал, как мог, евреям,

На что сердился Петербург.

В Одессе был большой персоной,

Весьма влиятельным вельможей

И занимал огромный дом —

Средь нас дворцом тот назывался, —

Держал великую прислугу

(Никто тягаться с ним не мог),

Вела прислуга по-английски,

Как механизм, единый, чёткий,

Чем восхищала всех гостей.

Сам граф был стройным, худощавым,

Высоким, статным и красивым —

Мечта души одесских дам, —

В былых боях и в мирной жизни

Не ведал ноты возмущенья

И контролировал себя.

Всё хорошо, но при заслугах

Он слишком чопорно держался —

Ни дать, ни взять, английский лорд!

Ну, ладно, бог с ним – суть не важно,

Когда в коляске ты трясёшься

И мирно едешь по степи…

А как прекрасно начиналось,

Когда Тургенев постарался,

Чтоб подготовить переезд

Из Кишинёва да в Одессу,

От слов Инзова к Воронцову,

И за меня его просил,

Сказав, что нужно для спасенья

И вдохновения поэта.

Пойдут старания на лад,

Коль меценат, с ним – климат, море,

Легенды, мифы и преданья,

Воспоминанья прошлых лет —

Всё это есть в большом избытке

Под солнцем радостной Одессы, —

С поэтом будут заодно.

Тогда талант воспрянет духом,

Преодолеет все невзгоды

И не останется в долгу,

А Воронцов же примет меры,

Создаст условия работы

И станет нравственность спасать

Столь неокрепшего поэта,

Когда сыграл с ним злую шутку,

Его докучный Кишинёв…

Так, по прибытию в Одессу,

Явился вскоре к генералу

(О чём жалею до сих пор…),

И был обласкан, взят на службу,

В дом приглашён гостеприимно —

Ходи же в гости каждый день

Открыто, запросто, без страха;

Сиди один в библиотеке

Великолепного дворца.

Я овладел вполне английским,

Заговорил на итальянском,

Привлёк Сервантеса язык

И знал в последнем, как любитель,

С десяток слов и выражений

Что примет с гордостью Мадрид.