Перекличка с прошлым. Стихи

Но восхищался лишь на миг,

А дальше – муки и терзанья:

Ему являлся смерти лик,

Он ощущал её лобзанья.

Так мало связан он земным

И внешне жил совсем беспечно.

В его стихах – загадки, сны,

Могил таинственность и вечность.

Зачем же жил? Зачем творил?

Кому нужны его страданья?

Какие тайны он открыл?

Унес с собой какие знанья?

Поэт в страданиях велик,

Печальных мыслей, будто улей.

Мир не услышал стон иль крик,

Когда он пал, сражённый пулей.

Не плачь, Россия! Не тужи!

Нам ни к чему твои страданья.

Поэт давно звездой кружит

И озаряет мир сияньем.

Нас восхищает каждый стих,

Как совершенство, своей тайной.

Нельзя к нему добавить штрих,

И это, верно, не случайно.

Над Машуком луна опять,

В другие ночи звёзды светят.

Не повернуть событий вспять,

На все вопросы не ответить.

    4—5 мая 2012,

    г. Пятигорск

Идеал

Ты для меня, как у Блока,

Дама Прекрасной Мечты:

Профиль чеканный и локон,

Брошь на упругой груди,

Пальцы изящные в кольцах

И на запястье браслет,

Голос – ансамбль колокольцев,

Взор твой – чарующий свет;

Тайну скрывают походка,

Шелком обтянутый стан,

Страсть излучаешь, но кротка,

Загадочна, словно туман;

Облик твой ярок и светел

Словно светильник во мгле, —

Нет тебя ближе на свете,

Достойнее нет на земле!

    1997

«И я любил, и я изведал…»

А.

«И я любил, и я изведал

Безумный хмель любовных мук…»,

А дальше нам поэт поведал

Так неожиданно и вдруг,

Что было их – любимых много:

Простых, таинственных, иных,

Но шли они одной дорогой

В пределах чувственных, земных;

Что страсть кипела, сердце билось, —

Плоть возносилась над землей…

Любовь – страдание, – не милость;

А наслажденье, словно зной,

Что выжигает летом травы

И нивы, губит урожай.

Нет, не снискать поэту славы

На этом поприще, – сей край

Ему опасен. Он не может

Принадлежать вовек одной.

Любовь земная сердце гложет, —

Поэт в погоне за мечтой.

Мечта однако ускользала,

Как ею он овладевал.

Одна другую замещала,

Но – недоступен идеал.

Прозрел: любовь страшнее зелья,

Страшнее, чем девятый вал —

Вот оттого с таким весельем

Он проклинал все те ущелья,

Где и любил, и целовал.