Роман-неформат

Меня самого, кажется, трясло и душило от волнения и какого-то запредельного восторга и упоения. Если бы меня в конце концов отправили в психиатрическую клинику, я бы ничуть не удивился. Киномир встретил меня по-ударному, за один час дав возможность выплеснуть всё до последней капли, нахлебаться смертельной отравы и навсегда сгинуть в чёрном небытии, так и не поняв, каков он, этот мир целлулоидной иллюзии, мечта и вожделение наивного Паши Калужина, «сценариста и литературного работника кино и телевидения» (так полностью называлась моя новая профессия и так было позже записано в моём дипломе), на самом деле.

В чехле от гитары я обнаружил записку: «Поздравляю! Позвони завтра мне (зачёркнуто) нам домой сразу после 12. А. И. П.»

Великолепный институт кино, его великолепные тайны и великолепные безобразия

* * *

Никогда никому не завидуй.

Никогда никого не люби.

Зависть перерастает в обиду,

А любовь в лихорадку судьбы.

Будь жесток и расчётлив, как Гамлет.

Осмотрителен, как Фортинбрас.

И тебя никогда не ужалит

Жалость к тем, кто презреннее нас.

Оставайся литературен

И живуч, как бумажный герой.

Знай, что жизнеподобья халтура

Не раскинет крыла над тобой.

И тебя никогда не коснётся

Эпидемий сердечных чума.

И от мира, что в ярости бьётся,

Никогда не сойдёшь ты с ума.

Будешь вечен, как бог из машины,

Будешь вечно плевать сверху вниз,

Будешь вечно чесать пуповину.

Только сам от себя не свихнись.

Есть следующий совейский анекдот. Мужчину спрашивают при приёме на работу: «Имеете судимость?» – «Нет». – «Участвовали в заговорах?» – «Нет». – «Бывали за границей?» – «Нет». – «Есть родственники за рубежом?» – «Нет». – «Владеете иностранными языками?» – «Нет». – «Национальность?» – «Да».

Вся страна однажды была поделена великими факирами на тех, кто «нет», и тех, кто «да». И это безобразие тянулось десятки лет.

Как так вышло? Да само собой. Натуральным, естественным образом. Думаю, что иначе не могло быть в мире, где всё и всегда на что-нибудь делится.