Алька. Вольные хлеба

Я возмутился, денег мне не было жаль, но это же дикий развод.

– Да я перед холмом сбросил, въезжал на шестидесяти, у тебя радар неисправен.

Он молча стучал пальцем по окошку. Поняв, что ничего я доказать не смогу, я плюнул на возможность оспорить несправедливость наказания, заплатил штраф и укатил.

Вечером рассказал про эту историю сыну, он, выслушав, сказал:

– А тебе надо было попросить его время указать, радар фиксирует время каждого замера скорости.

А я и не знал, что ж, дети умнее нас – закон жизни.

Месяца через полтора я по рассеянности опять сквозанул на этом же посту. Дорогой моему сердцу гаишник, так же радостно гогоча, подскочил к машине и сунул в окошко радар, дабы я убедился в правомочности его действий. А я и не собирался спорить, знал, что виноват, полез за кошельком, и вдруг, вспомнив, что мне говорил Миха, сказал:

– Время фиксации покажите, – почему сказал, не знаю, скорее, просто так, показать, что я тоже не лыком шит. Милиционер машинально нажал пальцем какую-то кнопочку, и в окошке высветилось 8:32.

– Без пяти одиннадцать, вы мне мою скорость покажите.

Постовой, прижав радар к груди, сказал:

– Но вы же превышали.

– Я ехал шестьдесят, вы мне можете предъявить мою скорость? На десять пятьдесят три.

Он молчал, растерянно глядел на меня. Ясно было, что он меня отлично помнил, за последние три месяца он оштрафовал меня раз десять, и я всегда, не заморачиваясь, платил штраф и уезжал.

А я сидел и думал: до чего, зараза, оборзел – в начале смены кого-то подловил, а дальше ленится каждый раз скорость замерить, всем показывает то, что было утром. Мент ещё раз с горечью в голосе от надвигающейся финансовой потери произнёс:

– Ты ж гнал за сто двадцать.

– Я ехал шестьдесят, как и в прошлый раз, помнишь? Ну, давай, раз показаний нет, я поеду, удачной охоты.

И укатил. Так-то я мужик не очень вредный, но в груди такое тепло разлилось.

***

К нам в офис приходило много разных людей, были и весьма забавные, но изобретательные. Один такой персонаж – кореец, наш, условно русский – в смысле россиянин, обратился ко мне:

– Меня Миша зовут. Слушай, мне деньги нужны, но предложить какой-то бизнес или товар я тебе не могу. Но у меня есть один знакомый, очень большой бизнесмен – я тебя ему представлю.